Навеки мой

 – Он отвесил поклон, однако его лицо осталось непроницаемым.

Софи смущенно улыбнулась:

– Я не очень хорошо себя чувствовала. Простудилась под дождем. Выглядела просто ужасно, и мне жаль, что я не смогла принять вас, когда вы приходили.

– Ваша служанка, по-моему, сильно нервничала.

– Неужели? – Она изобразила удивление. – Не представляю почему. Наверное, все дело в вашей привлекательной внешности, сэр. – Софи улыбнулась.

Мистер Картер внимательно посмотрел на нее. Ему хотелось ей верить. Этот мужчина нравился Софи, но она была вынуждена лгать ему.

– Вы должны знать и другую причину моего отсутствия. Я чувствовала себя униженной из-за собственного поведения в тот злополучный вечер. Позволила вовлечь себя в игру, хотя вовсе этого не желала. Именно поэтому я воздерживалась от визита в клуб так долго. Надеюсь, вы поймете меня и простите.

Выражение лица мужчины смягчилось.

– Да. – Он замялся. – Значит, герцог не…

– Герцог позволил мне вернуться домой и извинился за то, что устроил некрасивую сцену.

– Вэр тоже исчез на несколько дней.

– Вот как? – Софи постаралась придать своему голосу безразличия. – Я не встречала его светлость до того вечера. И ничего не знаю о его привычках.

Картер принялся переминаться с ноги на ногу.

– Вообще-то герцог нечасто появляется в обществе.

Софи вдруг вспомнила, как Джек развязал галстук и приподнял ее лицо за подбородок, прежде чем поцеловать. Вспомнила, как его пальцы погрузились в ее волосы. В общем, кое-какие из его привычек все же были ей знакомы.

Софи резко тряхнула головой и тихо охнула. В зале появился лорд Филипп. Его волосы были взъерошены, а на лице застыло угрюмое выражение. Софи принялась мысленно молиться, чтобы он ее не заметил.

– Что такое, моя дорогая? – Картер обеспокоенно наклонился к Софи.

Она отметила его ласковое обращение. Еще один плюс в копилку достоинств Картера.

– Там лорд Филипп, – объяснила Софи.

Он поджал губы.

– Не желаю его видеть! – с притворной горячностью воскликнула она.

Софи дала Джеку обещание не общаться с его братом. К тому же она больше не испытывала к Филиппу сочувствия. Безрассудный и безответственный, он использовал ее намеренно, чтобы позлить Джека.