Изобличитель. Кровь, золото, собака

 – Она понизила голос едва ли не до шепота: – Потом смотрит – а на входной двери оба крюка висят свободно, заходи, кто хочешь. А я ведь сама видела, как Дуня их вечером накидывала – это ей поручено. Тут и меня торкнуло. Аж затрясло. Ладно бы хозяина в кабинете удар хватил – он уж в годах, и помоложе с ударом сваливались. Но отчего ж стекло там разбилось? И крючка оба сняты…

– Вот давай-ка о крючках, – прервал ее Ахиллес. – Любопытно мне стало (ему действительно было любопытно). Почему на дверях крючки, пусть и увесистые? Купцы – да и не они одни – любят засовы, да посолиднее, у моего квартирного хозяина, купца Пожарова, на входной двери их целых два, да таких, что любым волка убить можно.

И во флигеле, что я занимаю, засов стоит, правда, поменьше… Отчего так?"

"– А это, изволите ли знать, такая вот хозяйская причуда, – охотно пояснила Марфа. – И не в том даже дело, что у нас в Самбарске многие вместо засовов крючки ставят, исстари повелось, а в том дело, что крючки эти как раз и делал на своей фабрике Тит Иваныч, батюшка хозяина.

Всяких разных размеров, от здоровенных, как у нас на двери, до совсем маленьких – для всех надобностей. Если угодно вам будет, посмотрите потом: там на каждом крючке клеймо выбито: «Тит Сабашников». Был он первым мастером в городе по крючкам, чем и гордился. И на ярмарке продавал, и по губернии расходились. Когда он долго жить приказал, Фрол Титыч фабричку-то продал. Говорил, не приспособлены у него руки к такому вот делу, он в торговле силен, а фабричкой еще управлять – нет особого желания. А управляющего поставь – глядишь, увидев, что хозяин в деле не разбирается, может и завороваться вовсе уж люто. Бывало такое… Фрол Титыч, мне так простой бабе думается, правильно сделал. Только с тех пор повсюду в доме крючки держит вместо засовов или там щеколд. В память о батюшке, что ли. Коли это причуда, так вовсе безобидная, бывают и похуже. Вот когда я служила, давно тому, у господина инженера Бобровского…

Ахиллес вновь прервал ее, решительно подняв ладонь:

– Не отвлекайся, Марфа, я тебя убедительно прошу… Что было дальше?

– Ну, что… Пришло нам с хозяйкой в голову: а вдруг мазурики в дом залезли? И с хозяином что плохое сотворили? Не зря ж он не отзывался, когда хозяйка стучала и звала, а окно, точно, у него в кабинете разбито – мы кой-как, страх пересилив, прошли по дому, во все комнаты заглядывали, разве что в мезонин не поднимались – и так было ясно, что били стекло не там.