Натюрморт с воронами

Она постояла, вдыхая свежий прохладный воздух, и взялась за ручки, опуская оконную раму.

И вдруг лохматая окровавленная рука с грязными обломанными ногтями уцепилась за раму, не позволяя её закрыть.

Кори отпрянула назад, уставившись в темноту. В ту же секунду в окне появилась круглая, грязная, до боли знакомая физиономия, покрытая пятнами засохшей крови, со слипшейся бородой. Мощная рука подняла до упора оконную раму, пока ту не зафиксировала защёлка. Кори оторопело смотрела на чудовище, не находя в себе сил ни кричать, ни бежать.

Монстр между тем ухватился одной рукой за раму и вырвал её вместе с креплениями. Послышался звон разбитого стекла. Кори выскочила из комнаты и босиком бросилась к выходу, но дверь с шумом распахнулась и на пороге появилась сгорбленная фигура Джоба. Один его глаз заплыл и кровоточил, с него свисали грязные лохмотья, одна рука не двигалась, очевидно, сломанная в нескольких местах, но он был жив и производил ещё более жуткое впечатление, чем в пещере.

— Муууу! — зловеще промычал Джоб, сложив трубочкой окровавленные губы, и протянул к ней здоровую руку.

— Нет! — закричала Кори. — Убирайся отсюда!

Джоб приближался к ней с перекошенным от гнева лицом.

Кори метнулась в свою комнату и успела запереть дверь на защёлку, но он вышиб её одним ударом. Тогда Кори подбежала к открытому окну, выскочила, упала на мокрую от росы траву, быстро поднялась на ноги и сломя голову помчалась по направлению к городу.

Джоб догадался, куда она мчится, и срезал угол. Он бежал медленно, но постепенно набирал скорость и вполне мог перехватить её у самой дороги. Кори с ужасом поняла, что Джоб оставляет ей лишь один выход: бежать в другой конец парка, за которым открывалось убранное кукурузное поле.

Кори повернула направо и вынула из кармана телефон. К счастью, Пендергаст ответил быстро и, как всегда, спокойно.

— Я иду, Кори, не волнуйся.