Натюрморт с воронами

Доктор Фиск понимающе кивнул.

— Да, я помню, как бродил по этой пещере, — сказал Раскович."

"Лицо шерифа Ларсена побелело. Он понял, что коллега окончательно добил его, пригвоздил этим последним аргументом. Как хорошо теперь всё складывается в единую версию.

— Да, джентльмены, наш убийца скрывается в этой пещере, — повторил Хейзен для пущей важности. При этом он обвёл всех торжествующим взглядом, но, задержав его на Ларсене, не сдержал ехидную ухмылку. — Как тебе известно, Хэнк, именно в этой пещере старик Краус гнал из кукурузы свой легендарный самогон для Кинга Лавендера, называя его виски.

— Очень интересно, — воодушевился доктор Фиск и с нескрываемым восхищением поглядел на Хейзена.

— Ещё бы, — радостно подтвердил тот. — Там, в пещере, за пределами туристической зоны есть ещё одна небольшая пещера, где он и варил свой хмельной напиток. Причём делал это в огромном чане. — Шериф Хейзен с особым выражением произнёс последние слова.

Глаза Расковича стали круглыми, как пуговицы.

— В огромном чане? Настолько большом, что в нём можно сварить взрослого человека?

— Вы угадали, — расплылся в улыбке Хейзен.

Напряжение в кабинете шерифа Ларсена нарастало с каждой минутой. Казалось, даже воздух в ней был наэлектризован. Ларсен покрылся потом, и Хейзен понял, что даже ему нечего противопоставить этой версии.

— Итак, вы сами видите, мистер Фиск, — продолжил Хейзен, — что нанятый Лавендером человек вполне мог скрываться в этой пещере, а ночами выбирался на поверхность и совершал свои гнусные преступления.

Шериф Ларсен вынул платок и нервно вытер со лба пот.

— Полагаю, Лавендер, — продолжал Хейзен, — специально рассказал нам сказку про то, что его верный слуга Макфелти поехал к больной матери в Канзас. Мы с мистером Расковичем выяснили сегодня, как обстоят дела с его матерью. — Хейзен сделал многозначительную паузу. — Так вот, джентльмены, она умерла двадцать лет назад. — Шериф артистично взмахнул рукой, желая добиться ещё большего эффекта.