Натюрморт с воронами

Кроме того, шериф не мог курить, ибо, по словам Уикса, дым портил нюх собакам, а они и без того не понимали, чего от них хотят.

Собак привели на берег уже в третий раз, и они, жалобно заскулив, повернули назад. Шериф потерял терпение и легонько пнул одну из них под зад. Собака поджала хвост и убежала.

— Ну же, скотина, найди этого ублюдка! — заорал на неё Хейзен. — Давай ищи!

— Если не возражаете, шериф… — начал Уикс, желая защитить собак, но шериф прервал его:

— Уикс, мы уже третий раз приходим сюда, и всё без толку! Твои собаки потеряли нюх.

— Конечно, если бить их ботинком, любая нюх потеряет.

Хейзен попытался овладеть собой и пожалел о том, что обидел пса. Полицейские из столицы штата иронически наблюдали за этой сценой издалека, убеждаясь в неспособности шерифа организовать поиски надлежащим образом. Бросив на них косой взгляд, Хейзен вытер лоб рукавом рубашки.

— Послушай, Уикс, ты же сам видишь, что дело серьёзное и мне сейчас не до шуток. Заставь своих чёртовых собак взять след, иначе я накатаю жалобу в Додж и попрошу прислать другого специалиста.

Уикс насупился и обиженно поджал губы.

— Я знаю, шериф, что они учуяли запах, но никак не могут взять след.

Шериф почувствовал, что закипает, как вода на этой безумной жаре.

— Уикс, ты обещал мне помощь со своими собаками, так помоги же, чёрт возьми. Почему они стоят у тебя, как шавки перед мастиффом? Они способны принести хоть какую-то пользу следствию или нет? — С этими словами шериф сделал шаг к одной из собак, и она грозно зарычала.

— Стоп! — скомандовал Уикс, опасаясь, что собака набросится на шерифа и тогда разразится скандал.

— Она не боится меня, эта сука, хотя и должна бы, — улыбнулся шериф. — Пусть ещё раз попробует на всякий случай.

Уикс взял пластиковый пакет с вещественными доказательствами, собранными после второго убийства, открыл и дал собаке понюхать. Та жалобно заскулила и попятилась.

— Давай, девочка, давай, — подбадривал её Уикс.

Собака легла на живот и отвернулась. Уикс прилёг рядом с ней, упрашивая её приступить к делу и не позорить его перед начальством.

Однако у собаки были совсем другие желания. Снова заскулив, она выпустила тонкую жёлтую струю на сухой песок.

— О Боже мой! — Шериф сплюнул от досады.

После трёх часов безуспешных попыток заставить собак взять след шериф отчаялся и махнул рукой. А на кукурузном поле мелькали фигуры в синих полицейских рубашках. Это полицейские из штата прочёсывали поле, но, вероятно, и им не сопутствовал успех.