Натюрморт с воронами

Кори приуныла от этих слов.

— А что ты хочешь знать?

— Я же твоя мать и имею право быть в курсе того, как живёт моя дочь.

Кори нервно закашлялась.

— Может, поговорим об этом завтра утром?

— Нет, мы должны поговорить об этом сегодня, сейчас, — повысила голос мать. — Объясни мне кое-что.

Кори подумала, что всё равно придётся рассказать матери правду, но она не знала, с чего начать и чем ограничить свой рассказ. В любом случае это покажется матери странным. Тем более что многое ей просто невозможно объяснить.

— Я работаю на специального агента ФБР, который занимается расследованием недавних убийств."

"— Я слышала об этом.

— Значит, тебе всё известно.

Мать недоверчиво хмыкнула.

— А сколько он платит тебе за эту работу?

— Это тебя не касается.

— Да? Это почему же? Ты считаешь, что можешь жить здесь на халяву, питаться на халяву, приходить и уходить когда вздумается, а меня это не касается?

— Многие дети живут со своими родителями и ничего за это не платят, — резонно заметила Кори, понимая, что разговор приобретает нежелательный для неё характер и может завершиться очередным семейным скандалом.

— Да, но они не имеют источника дохода и не зарабатывают много денег. И к тому же они слушаются родителей.

Кори грустно вздохнула.

— Хорошо, я буду оставлять тебе немного денег на кухонном столе. — Она вдруг подумала, сколько стоит растворимая каша «Кэптен кранч». Сущие гроши, а на большее она никогда и не рассчитывала. Кори даже не помнила, когда её мать готовила что-то вкусное.

— Кори, я жду ответа на вопрос. Сколько он тебе платит и за что? Едва ли это большие деньги, но я хочу знать правду.

— Мама, я же сказала, что это не твоё дело.

— У тебя нет профессии, образования, полезных навыков, так зачем ты ему нужна? Ты не умеешь ни печатать, ни написать деловое письмо. Не понимаю, что ты с ним делаешь?

Кори начала терять терпение.

— А он считает, что я помогаю ему в расследовании преступлений. Если хочешь знать, он платит мне семьсот пятьдесят в неделю. — Сказав это, Кори поняла, что совершила крупную ошибку.

Мать долго молчала.

— Семьсот пятьдесят долларов в неделю? — наконец-то сообразила мать.

— Да.

— Ну и что же ты делаешь за такие бешеные деньги?

— Ничего, — ответила Кори и подумала, что зря ввязалась в этот идиотский разговор.