Жена неверного генерала, или Попаданка на отборе

Я откусила еще – песочное тесто прямо-таки таяло во рту.

И тут, приглядевшись к замысловатому узору из теста на пироге, обратила внимание на искусно вылепленные ажурные черепа и скелетики.

– Представь, что это черепа наших врагов! – кровожадно захохотал темный дух.

– С удовольствием!

И я рассказала своему фамильяру о том, как Агнесс совершила последнюю вопиющую гадость по отношению к Фионе – наполнила пустой гроб навозом, а Эдриан заинтересовался мной и вознамерился догнать.

– То ли еще будет, – усмехнулся крыс и с предвкушением потер лапки.

Если крыс и преувеличил, то совсем чуть-чуть.

Некрасивые черты Фионы окончательно покинули меня, растворились в новом образе.

Чем-то мое новое лицо напоминало черты Евфалии – той, кем я была до того, как попала в тело Фионы. Но все-таки внешность Фали, хоть и красивая, была более современной и заурядной.

Моя новая красота была одухотворенной и благородной, спокойной и даже величественной.

Я больше не была Фионой. Но и Фалей тоже уже не была.

Поэтому я решила взять себе маленькую часть, начало старого имени.

Ева – это меня вполне устраивало.

Имя, под которым я вернусь на отбор «Звезда Империи».

Имя, которое Эдриан будет повторять в ночи снова и снова, вгрызаясь в подушку и мучаясь от желания, которое он никогда не сможет удовлетворить.

Имя, под которым я взойду на трон Серинити.

– Ева – хорошее имя и отлично подойдет к твоей новой фамилии, – прокомментировал мой выбор Фобос. – Евой звали жену завоевателя Алессандро Первого, который и объединил разрозненные земли в империю Серинити. Это будет очень даже символично.

Помимо нового имени я во всех деталях продумала правдоподобную легенду, благодаря которой рассчитывала вернуться на отбор и занять место Фионы.

Вскоре Фобос явился к Липе Шиппи и подверг ее сильнейшему гипнотическому заклятию, под которым она поверила в то, что на самом деле Харита родила от барона Гастелло двойню и одну девочку отдала на воспитание старому жрецу-отшельнику, который увез ее в горы Феодории и там растил в уединении и слиянии с природой.

Остальное было делом техники.

И вскоре барон Клифф Гастелло отправил на мое новое имя письмо, в котором рассказывал о том, что на самом деле – он ее давно потерянный папочка и желает провести церемонию признания и присвоения мне титула баронессы.