Жена неверного генерала, или Попаданка на отборе

При мысли о том, чтобы обломать младшему братцу все удовольствие, я едва сдержал довольную ухмылку.

И тут вперед выступил высокий лысый старик с острыми ушами.

– Что делают светлые на празднике Кровавого Суперлуния?

Я с хозяйским видом прошелся по зале, откинув назад свой красный плащ.

– Сигнал на вас поступил. Соседи жалуются – слишком громко музыку слушаете. Нарушаем, значит, общественный порядок, жрец Дракумир? Буяним, ведем аморальный образ жизни, злоупотребляем алкоголем?

– Ничего мы не нарушаем в отличие от вас! – разозлился старикашка.

– Разумеется, ибо светлые несут добро, мир и справедливость. В отличие от тех, кто поклоняется Хаосу, – кивнул я. – Люди жалуются на темные ритуалы, жертвоприношения, каннибализм, свальный грех. Светлая дружина должна принять меры. Кстати, где дож Ксаргул? Хотелось бы услышать его комментарии по этому поводу.

– Дож немного подустал от бренной суеты, поэтому поднялся в свой покой, на вершину башни, – пробормотал Дракумир.

– Прекрасно, тогда и мы поднимемся, – доброжелательно улыбнулся я. – Заодно тут все проверим, вы же не против? А то вдруг здесь где-то есть что-либо, угрожающее императору? Нехорошо получится.

Мы рассредоточились по башне. Я отправился на самый верх. Нужно было перекинуться парой слов со старым пауком Ксаргулом, и дать понять ему, что время темных подходит к концу.

Да и Данте найти не мешало бы!

Если стану императором, я тут камня на камне не оставлю. Взорву поганую Башню к демонам собачьим!

В Серинити будет только одна единая вера – в светлых духов.

На самой вершине башни было пусто и гуляли сквозняки. Она пыталась воздействовать на меня, пугать, но где паршивому Хаосу справиться со светом?

Даже Кровавая Луна отступила, ушла раньше времени, медленно сменяясь серебром.

Я был совсем недалеко от вершины, как вдруг в одной из комнат по пути вспыхнул кровавый свет похоти.

Почувствовал эту погань и, обнажив меч, ступил в покои.

Навстречу мне тут же кинулся парень.

У него были ярко-красные волосы, забранные в хвост набок и черные рога.

Один из демонов не самого высшего порядка, которого призвали темные на свой поганый пир.

Ашма-Дэй, он.

Я уверен.

На демоне был снежно-белый щегольский костюм. Рубашка застегнута до ворота на все пуговицы.