Наследник пепла. Книга V

— Ну, а что ты хотела? — усмехнулся Тагай, глядя то на неё, то на Жердева. — Ну, такой вот хороший, но ревнивый мужчина. Заметь, тебе ни слова не сказал. А вот тех, кто распустил слюни, вырубил безоговорочно.

Костя услышал слова Тагая и подошел ближе.

— Нет, — сказал он, — Мире я доверяю. А вот всем мужикам в этом мире — нет.

Затем он оглядел нас пристальным взглядом, ухмыльнулся и добавил:

— Но ладно, может быть, только кроме вас.

* * *Второй полуфинальной парой оказался очень необычный набор.

Честно говоря, ожидая того, что они могут и победить Толстого, потому что тот, как маг, сам по себе не очень, я нахмурился. Мне не очень хотелось выходить против женской пятерки и на глазах у всей академии избивать их. Плюс на них нельзя было бы подействовать Костиной магией, как мы сделали с ребятами до этого.

Но на поле случилось очень неприятное событие. Толстой церемониться с девчонками не стал. Его пятерка раскатала пятерку Морозовой, не жалея сил. Лупили их всем, чем придется. Какая магия только была — такой он и бил, не жалея.

Несмотря на то, что бой длился меньше двух минут, девчонки выходили с поля едва ли не поломанными. Двоих даже унесли лекари. Морозова, которая, несмотря на пару синяков, вполне себе прочно стояла на ногах, во всеуслышание заявила:

— Вот за это, Лев, я тебе сосульку в такое место поставлю, где её никогда не было и солнца там не будет, чтобы растопить её!

Тот посмотрел на неё с пренебрежением, мол, обычные девчачьи угрозы, и отвернулся.

"А я решил, что он еще узнает, что такое гнев Морозовых. Зря он не воспринял угрозу всерьез, ибо Снежана девушка мстительная, как оказалось, в ситуации с Радмилой. И очень хитрая.

Но в связи с произошедшим, когда мы выходили друг против друга в финале, я слабо представлял, что будем делать, потому что всё-таки подборка у них в пятерке оказалась очень сильной.

Ну, хорошо, в случае с газом у нас был хотя бы Муратов, который сможет воздухом отогнать его от нас. И по первым мощнейшим ударам по нашей защите стало ясно, что эти ребята церемониться не будут.

Толстой выкорчевывал из-под ног куски скалы и пытался размножить ими нас. А в нашей пятерке сил осталось не так уж и много.