Наследник пепла. Книга IV

— Наша с тобой дальняя родственница.

— Для своих можно просто Ада, — улыбкой постаралась подбодрить родню сестра.

— Тогда и меня можно просто Мира, — улыбнулась Мирослава, и по её голосу, по её лицу я понял, что напряжение окончательно покинуло её. Ей было спокойно. И даже хорошо.

— Мы, собственно, как здесь оказались-то? — продолжил я. — Вот готовлю Аду к поступлению в нашу группу. Для этого тренируемся, подтягиваем физическую форму, чтобы смогла сдать вступительные тесты."

"— Ну и для того, — усмехнулся Тагай, — чтобы не получила по зубам сразу после зачисления.

— Кстати, — сказал я, — если ты хочешь, можешь тренироваться вместе с нами. Подтянешь общие показатели.

Мирослава задумалась, но всего на мгновение. Затем посмотрела на меня и просияла:

— Конечно, — ответила она. — Я согласна. И научите меня немножко драться — в следующий раз хоть в морду дать смогу. Или хотя бы промеж ног.

Атмосфера окончательно разрядилась, и мы от всей души рассмеялись.

— Ты, главное, если что, — взял слово Тагай и ткнул пальцем в Костю, — бери его.

Тут Мирослава посмотрела на своего спасителя совсем другим взглядом. Перемена была едва заметной, но я её уловил чётко. Она накрыла своей рукой его руку и тихо проговорила:

— Спасибо тебе огромное. Ты меня очень сильно выручил.

Мы с Тагаем переглянулись — для нас обоих это был довольно неловкий момент. Но мы решили не уходить: сейчас было не то время и не то место, чтобы давать ребятам возможность уединиться и поворковать втихую.

Мы вышли из раздевалки и сначала проводили мою сестру, а потом уже направились к нашему общежитию. Перед завтраком хотелось принять душ и переодеться в форму.

На завтраке мы разговорились о паутине и, соответственно, о местонахождении башни, в которой обитали пауки, производящие эту самую паутину.

Троица — толстяк и его два подпевалы — косилась на нас ненавидящими взглядами. Но даже шипеть в наш адрес не решались: у двоих руки были на перевязи, а у Толстого голова оказалась намазана какой-то мазью — абсолютно лысая башка напоминала перезревшую тыкву.

Но я старался обращать на них как можно меньше внимания. Слишком много чести. Я сосредоточился на своих друзьях и информации, добытой ещё вчера.

— Друзья, да… — начал я настолько тихо, меня слышали только они. — Вчера вечером совершенно случайно мне в руки попался огромный атлас с чётко прочерченными окрестностями Екатеринбурга и Уральских гор.