Наследник

Мед оказался достаточно вкусным и сладким алкогольным напитком, но даже с этого я захмелел. Непривычен был организм к алкоголю. Приходилось себя контролировать, чтобы чего не ляпнуть, но вроде я справился.

Во время отдыха, я определился с дальнейшими планами и решил все-таки ехать к деду. Во-первых, в Белгороде он известен. В таком случае я не только с ним мосты наведу, но и, возможно, с другими жителями города. Это может сыграть в будущем мне на руку, если я решу разыграть карту князя. Да и родич он. Помог Андрею.

Город выступил на стороне Лжедмитрия и я помню, что он сядет на трон. От этого и буду плясать, использовать в своих целях это знание.

К Марии можно съездить и чуть позже, после того, как с дедом поговорю. Может и насчет нее скажет чего.

— Прокоп, — позвал я своего послужильца.

— Аюшки — откликнулся он, а затем направился ко мне, сидящему на лавочке возле дома.

— Готовься, в Белгород поедем. Ты же знаешь путь туда? — решил я уточнить у него.

— Да, конечно.

— Да, к нему. Думаю, сначала в Низовой заедем за людьми, что Савка наймет. Часть денег у него возьмем, а после и к деду можно.

— Понятно. Дорожку-то я знаю. Кого думаешь здесь оставить? — поинтересовался он.

— Богдашку за главного, а с ним Стеньку и Голшу. В пути от них толку немного, но случись чего за стенами, справятся, — медленно ответил я ему.

— Дельно, — выдохнул Прокоп. — К Микитке и Василию стоит заехать, чтобы они тоже присмотрели, лишним не будет.

— Согласен. Я об этом чего-то даже и не подумал.

В итоге мне пришлось выдержать целую осаду от Богдана. Он хотел поехать с нами, а не оставаться на месте. Я ему несколько раз объяснял, что просто больше некого здесь оставить следить за порядком. Не Елисея же оставлять за главного, который здесь чужой, или Вишку. Про Стеньку и Голчу я вовсе не упоминал.

Коня оставили только Богдану, Стеньку и Голчу оставили же безлошадными, забрав себе их коней под запасные. Еще Елисею и Вишки придётся покупать заводных. Благо седла еще есть и дополнительных трат не предвидится. Красавку тоже решил оставить, сдавала кобылка.

Грамотки взял не все, только две. Завещание князя Старицкого завернул в толстую кожу, а Афоньку заставил сделать мне в кафтанах и зипунах потайные карманы.