Наследие

Эта чертова система пожаротушения, наверное, не работает просто от старости, как ревун сирены в кубрике! Дик тихо выругался и повернул назад. Не известно, насколько сильно распространился огонь, а зажариться заживо перспектива не из приятных. Он вернулся в центральный коридор и решил попробовать дойти до запасного выхода. Двигаться становилось все сложнее, в красном полумраке заполненных дымом коридоров он едва мог разглядеть пальцы вытянутой руки. Наконец ему удалось добраться до лестницы. Оставалось спуститься на первый этаж, шлюзовая камера запасного выхода была расположена недалеко, главное, в дыму не сбиться со счета и не спуститься на минус первый.

Когда Дик спустился на четыре пролета вниз, видимость упала практически до ноля. Он нащупал руками стену, по идее ведущую от лестницы к шлюзу, и включил тумблер ближней связи.

— Это рядовой Картрайт, прием! — произнес он в эфир. — Вызываю пожарную службу и всех, кто меня слышит! Прошу помощи! Прием!

Некоторое время эфир молчал, изредка тихо потрескивая помехами, и Дик решил, что пожар и сильное задымление, наверное, как-то препятствуют распространению сигнала или стены гермокорпуса мешают связи.

— Рядовой! Мы слышим вас! Где вы находитесь?

— Нахожусь в армейском секторе, внутри гермокорпуса номер один, казарменное крыло! — обрадовался Дик, услышав ответ, одинокое брожение в задымленных коридорах уже начало навевать на него легкий страх.

— Почему так долго выходите, рядовой? — весело спросил голос, — мы уже думали, что там никого не осталось!"

"— Я был без сознания, — признался Дик, — ударился головой в темноте.

— Выходите через запасной, там огня нет! — сообщил голос и все так же весело добавил:Мы сейчас вернемся за вами!

Дик прошел вдоль стены с десяток метров и заметил, что заполняющий коридор дым движется в сторону, где находится шлюз. Где-то очень далеко раздавались какие-то глухие шумы, слабо пробивавшиеся через гермошлем. Значит, его двери открыты и герметизация отключена.