Насильно мил (не) буду

Еле себя пересиливаю, говорю деланно равнодушным голосом:

– Когда люди находятся в гражданском браке, они носят разные фамилии. Есть вообще хоть слово правды из того, что ты говорила мне или врачу? Милая, похоже, ты профессиональная лгунья.

Яся поджимает губы и хмурится, а потом выдает резко:

– Уходи! Не хочу тебя видеть!

Вот так просто. Вали, дорогой Захарка, на фиг ты не упал.

– Цветы тебе… – шиплю зло, кивая на розы в ее руках, разворачиваюсь и действительно ухожу.

* * *

Захар

Что я в самом деле за человек?

Девушка замужем и ясно дала понять, что верна своему очкастому хорьку.

А я разобиделся, как кисейная барышня, чуть на хрен ее не послал за неподходящее, по моему мнению, семейное положение. Но разве это справедливо? Разве можно злиться на девчонку за то, что она в отношениях?

Верные жены, они уважения достойны, а не чужой злости.

Я же не какой-нибудь восемнадцатилетний придурок, который станет дуться за то, что не дали, так?

Не знаю, почему, но очень хочу реабилитироваться в ее глазах за грубость, показать, что я нормальный.

Хотя… ну какой я нормальный? Девушка сказала – не нужен, уходи, а я караулю ее с работы.

На часах шесть пятнадцать, сентябрьское солнце вовсю делится теплом и светом, стремясь отыграться перед вечерними сумерками.

– Ясь! Яся… – зову ее, когда вижу, как она выскальзывает из черного входа магазинного склада.

Хорошо, что я решил ждать ее именно здесь, а не у центрального входа.

Супердевочка видит меня, вздрагивает.

Какая-то странная у нее на меня реакция. Боится, что ли? Ну, сам виноват, даже сам себе напоминаю отпетого сталкера.

– Ясенька, минуту поговори со мной, пожалуйста, – прошу, старательно изображая смиренный вид.

На миг замираю, жадно ее разглядывая. Супердевочка такая же прелестная, свежая, как и утром. С трудом давлю в себе желание сграбастать ее в охапку, запихать в машину и увести в счастливое далеко.

Она секунд десять просто моргает, уставившись на меня.

– Ты извини за грубость, – заявляю, пока она не успела прийти в себя. – Я просто ошарашен был, когда увидел у тебя кольцо. Извиниться приехал. Тебе не нужно меня бояться, никогда ничего плохого тебе не сделаю.

– А-а… – тянет она, все чаще моргая.

Потом легонько кашляет и говорит хрипловатым голосом:

– Захар, если ты думаешь, что я такая дрянь неблагодарная, что вместо спасибо убежала от тебя, так нет. Я очень виноватой себя чувствую.