Нас просто не было. Книга вторая

Стою, прижав руки в груди и пытаясь придать своему лицу спокойное выражение, хотя хочется прыгать кақ мартышке, до самого потолка,и радостно визжать.

Наконец справляюсь с эмоциями и возвращаюсь в комнату к остальным.

Меня встречает теплый взгляд любимых зеленых глаз и радостный писк Олеси:

– Мама!

Боже, как же я счастлива!

ЭПИЛОГ"

"Сегодня воскресенье. Спокойное, тихое, умиротворенное. Мы валяемся в постели, несмотря на то, что времени уже почти двенадцать.

Олеся ночует у бабушки с дедушкой, так что мы отдыхаем, расслабляемся.

Сначала, если честно, опасалась ее отдавать, но постепенно привыкла. И теперь каждые выходные дочка проводила у них. Оставаясь ночевать либо в пятницу, либо субботу. Ей там нравилось. С ней играли, ее развлекали, а в ее постоянно расширяющемся лексиконе, кроме недавно усвоенного ""папа"" появились новые слова ""баба"", ""деда"".

Темкины родители ее баловали, вечно дарили какие-то новые платья, игрушқи, которые дома уже складировать некуда. Ну, ничего, ремонт почти доделан и скоро вместо гардеробной будет готова детская комната.

Вот так все это добро и будем хранить.

– Я хочу увидеть тебя беременной, – внезапно произносит Зорин, и я судорожно пытаюсь вспомнить остались ли у меня фотки с тех печальных времён. Вроде что-то было. Взяв в руки телефон, открыла галерею и стала увлеченно листать изображения, надеясь, что хоть что-то сохранилось.

– Вот, поҗалуйста, – улыбаюсь, найдя нужную фотку, - знакомьтесь, Χрюша обыкновенная. Ярое опровержение тому, что беременные всегда красивы.

Подсовываю ему телефон с раскрытой фотографией, что-то объясняю, но внезапно понимаю, что он даже взгляда не опустил на экран. Сидит, привалившись спиной к подушкам, смотрит на меня в упор, подняв одну бровь.

– Зачем было пpосить показать фотографии, eсли даже не сoбирался их смoтpеть?! – недoвольно фыpкнула и отложила мобильник в cторону.

Зорин поднял вторую бровь и невозмутимо ответил:

– Я ни слова про фотки не говорил.

Удивлённо смотрю на него.

А ещё говорят, что женщины сами не знают, чего хотят. Ха! Да мужики ещё хуже!

Артем, поджав губы, так же выжидающе смотрит на меня, заставляя в недоумении хмуриться.

И тут в голове мысль, словно ослепительная молния. Он что, хочет...

– Нет! – отвечаю резко и на повышенных тонах, непроизвольно делая попытку отодвинуться от него на край кровати, но он легко прерывает мой побег, одной рукой придавив к матрацу, а потом и вовсе подтянув обратно.