Наглый. Дерзкий. Родной

– Завтра восемнадцать, – так широко улыбнулся он, что я всерьез забеспокоилась, как бы челюсть не вывихнул. – Пойдем на стройку отмечать, а? Ты когда-нибудь пила самогон без закуски?

– М-да… всех нормальных людей аисты приносят, а тебя наглый, дерзкий орел притараканил.

– А мама сказала, что в крапиве нашли, – деланно расстроился он. – Вот же блин, как думаешь, Кать, соврала?

– Думаю, что орел тебя в крапиву закинул, не донес. Может, ты и ему пел?

– Я нормально пою! – не согласился со мной маргинал. – Ладно, что надо сделать, чтобы ты пошла со мной на свидание?

– А что ты умеешь? Кроме пения, – предупредительно выставила я ладони вперед.

– Все! Катя, я умею все! Доить коров, печь хлеб, подделывать документы, петь, вышивать, плести макраме. Обладаю базовыми навыками бобра и енота!

– Чего? – обалдела я.

– Строить умею. И ломать. Иногда что-то тырить, но я домовитый просто и хозяйственный. Все в дом несу. Заболеваний нет, здоров как конь! Голова не болит никогда, паразиты изгнаны, лицо симметричное, глаза голубые, рост сто девяносто два сантиметра, характер нордический, но веселый.

"– Они просто плохо искали психические заболевания, – заверила я.

– Язычок у тебя, Катя…

– Без костылей? – подсказала я. – Ладно, умник, заканчивай спектакль и говори, кто ты такой.

– Кать, ты ж вроде не старая еще, а все забываешь, – он покачал головой, – Эдуард я.

– Слушай, Эдуард, я сейчас выйду, и к вечеру незабудки в раю топтать будешь ты, – пригрозила я.

– Катерина Романовна, я от гусей убегал, думаешь, от тебя не убегу? – иронично поднял он бровь, а я окончательно уверилась, что надо мной банально издеваются!

Его взгляд смеялся, а губы так и норовили разъехаться в широченную улыбку.

– Выходи, я тебе расскажу, как мы с братом сарай строили в деревне, – заиграл он бровями.

– Так рассказывай, – стараясь не рассмеяться, разрешила я.

– Недостроили, короче! Брат молотком по пальцу себе так шарахнул, что курицы завещание написали, а Кеша решил, что нет сарая – нет проблем, и спалил.

– Эдуард, скажи, деревня хоть цела после ваших шамаханских летних набегов?

– Нет деревни – нет проблем. Да цела, что ей будет-то? Там просто самогон хороший дядька Вася делает. Хочешь, съездим?

– Это мечта всей моей жизни. Ну, серьезно, прекращай придуриваться.