***надцать лет спустя

Один мой знакомый как раз пытается прояснить насчет этой Русалки, и как она связана с Константином, обещал завтра отзвонить.

- А мне что делать?

- То же самое, что и до этого. Спокойно работаешь и не дергаешься по пустякам.

- Постараюсь…

Они в молчании ещё раз пересекли парк по короткой дорожке, посматривая на носящуюся кругами Чапу. Она человеческими проблемами не страдала, радуясь внеочередной прогулке.

- Давай домой, хватит уже этой мохнатой гулять, - Чернышов тихо свистнул, привлекая внимание собаки.

Лариса сначала открыла рот, чтобы возразить, а потом хмыкнула и с затаенной в глазах улыбкой уточнила:

- Уверен?

- Ну, да. Что я, собаку с площадки не уведу, что ли? – в её словах явно таился какой-то подтекст, но какой именно, разобрать не сумел.

- Тогда держи, - сунув руку в карман джинсов, она вытащила оттуда плотный полиэтиленовый пакет. Несколько секунд Чернышов смотрел на протягиваемое недоуменно, пока до него не дошло:

- Да ты издеваешься… Это же природное удобрение!

- Вот в следующий раз вляпаешься в такое удобрение, будешь себя утешать тем, что это всё природа.

- Правильно говорят, что инициатива наказуема… - отказываться от своего предложения он не стал, в конце концов, не по-мужски это, но для себя галочку поставил, что в его доме никаких собак.

Глава 19

«Все глупости в мире бывают только от умных разговоров»

х/ф «Айболит-66», 1966г.

Марта спокойно спала, когда они вернулись домой, но Лариса снова на всякий случай заглянула в гостиную.

- Чего ты над ней трясешься, она уже взрослая девочка, - после паркового урока жизни Чернышов не протестовал, когда ему досталась честь помыть Чапкины лапы, хотя он инициативы уже не проявлял.

- Потому что она ребенок, - Лариса вернула ему ветровку и затопталась в коридоре – судя по времени, самое то, чтобы упасть спать дальше, но дрема уже развеялась, к тому же захотелось есть. Такой ерундой, как терзания по поводу «мужчина должен считать, что я ем, как птичка, и ни-ни после шести», она не страдала, вот только вечером ничего не готовила, и её ждала, в лучшем случае, сырая морковка.