Надежный

Трогаю его крошечный лобик — горит. Мне становится страшно. Я тут же снимаю одежду и меряю температуру. Дрожащими руками беру телефон и набираю Даню.

Да, обещала себе, что не буду его ни о чем просить, что вообще постараюсь свести наше общение к минимуму, но у меня нет выбора.

Денег в доме нет, Игорь не отвечает, а ребенок горит. У кого просить помощи? У соседей? Вот уж вряд ли они помогут. Молюсь, чтобы Данил ответил и — Господи, спасибо! — он берет трубку.

— Лена? — его голос звучит удивленно и растерянно.

— Да, привет, — быстро щебечу я. — Прости, если отвлекаю… ты свободен?

— Можно сказать и так.

— Мне нужна помощь, а Игорь не отвечает и…"

"— При чем здесь я? — слишком резко бросает он, так что я сразу теряюсь и не знаю, что говорить.

— Прости, я тут подумала…

— Плохо подумала.

Он отключает звонок. Я не верю, что он это сделал. Только не Данил.

Господи, я действительно не знаю, что делать. Вытаскиваю термометр у Мишки — тридцать восемь. Высокая, но поднимать панику рано.

А вообще ему только две недели, какая температура? Господи, что делать.

Снова набираю Игоря.

Гудки… гудки… гудки…

Буквально извергаю рыдания, потому что не знаю, что делать. Слезы катятся градом по моим щекам, и тут до меня доходит, что можно вызвать скорую.

Господи, почему я такая дура?

Быстро набираю неотложку, объясняю ситуацию и — слава богу! — они обещают приехать через пятнадцать-двадцать минут.

Минут через пять раздается звонок, и я удивляюсь, что так быстро. Буквально бегу открывать дверь, но на пороге стоит Даня.

— Что случилось? — он заходит в дом сразу, как я открываю двери. Разувается, подходит ко мне, вытирает слезы со щек и спрашивает еще раз, но уже более настойчивым тоном: — Что такое?

— Мишка… — еле слышно выдавливаю.

— Что?

— Температура. Я вызвала скорую, они вот-вот будут, — я не знаю, что еще говорить.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Данил все еще стоит в нескольких сантиметрах. Я чувствую запах его духов, вижу, как часто вздымается его грудь.

— Когда они будут? — спрашивает, одновременно отступая на несколько шагов.

— Минут через десять. Я пойду к нему? — кажется, мой голос прозвучал с вопросительной интонацией.