На тропе Луны

Руки теплые и сухие. Можно смело забывать дома перчатки, пусть Митька греет ее вечно зябнущие конечности.

– Какая сцена, обнять и плакать. – Звук голоса отразился от каменных стен домов, эхом разнесся по улице. – Только больше плакать, чем обнимать…

Диймар Шепот стоял в узком проулке между двумя домами, небрежно скрестив ноги и опираясь плечом о каменную кладку стены. Оранжевая шапка-капюшон спущена, светлые волосы спадают чуть ли не до плеч. И кривится в своей противной усмешке. Ему-то что тут надо, зачем притащился к лавке Эрнеста?

– Нету Эрнеста, – словно подслушав ее мысли, зло бросил Диймар, – у него до Дня пилигримовых яблок закрыто.

– А ты-то зачем сюда явился? – поинтересовалась Карина. – Мириться? На случай, если тебе в будущем пара малышей в заложники потребуется? Я бы на твоем месте к Эрнесту и близко не подходила.

Диймар сплюнул на брусчатку и засунул руки в карманы.

– Что ты о «моем месте» знаешь, – усмехнулся он. – Что ты вообще знаешь? С охраной разгуливаешь…

– Да, с охраной, – спокойно ответил молчавший до сих пор Митька.

– Хотел бы я посмотреть на тебя в действии, охранник фигов, – фыркнул Диймар.

– Сейчас доостришь – посмотришь.

Диймар раскрыл рот, видимо, чтобы «доострить», но передумал. Посмотрел на Карину, на Митьку, потом почему-то вверх.

– Ладно, – уже вполне мирно сказал он, – я вообще-то после Эрнеста собирался вас искать. То есть тебя, конечно, Карина Радова.

Вот номер. Как он вообще узнал, что сегодня ее надо искать в городе? До этого утра она не собиралась покидать «Страж глубин». К тому же…

– Зачем я тебе понадобилась? – поинтересовалась Карина. – Опять передумал и решил меня Кларе преподнести?

– Ты идиотка или прикидываешься? Думаешь, я тебя обязательно в корыстных целях должен искать, без вариантов? Я хотел кое-что важное тебе показать… Ну, вам, раз уж вы оба здесь.

– Значит, все же «в целях».

Когда Митькин голос начинал звучать так спокойно, Карине становилось не по себе.

Диймар снова взглянул вверх.

– Омертвение, конечно, – небрежно бросил он. – До берега по прямой четверть часа лету, не больше. А вот и Резька.

– Черт, что это?

Митька отработанным жестом затолкнул Карину себе за спину.

А на улицу аккуратно, даже деликатно, не задев крылом ни одного из воздушных змеев на балконах, ни перил, ни ставен, опустился Льдорез.