На краю

Что-то вроде вашего корпуса жандармов… Затем наш герой получил назначение полицмейстером города Гирина, а через два года возглавил минь-чжен-сы — департамент внутренних дел при сунь-фу, то есть губернаторе, всей Гиринской провинции. И получил к своему имени приставку ти-фа-сы.

Насников счел необходимым объяснить командированным:

— Очень важная деталь! Она говорит нам о том, что на эту вроде бы второстепенную должность шпиона назначил сам богдыхан[63].

Монгол дал шефу выговориться и продолжил:

— Последняя должность нашего героя была еще выше: советник при самом цзун-ду, вице-короле всей Маньчжурии, по-вашему наместнике.

И тут грянула революция. Самое интересное, что Хунтанхао-Тунитай пережил ее без особых потерь. Вице-короля турнули, а его оставили на секретной службе. И послали главным резидентом сюда, во Владивосток. Думаю, понятно почему.

— Да уж понятно, — вздохнул Олег Геннадьевич. — Тут теперь такое творится. Сразу несколько конфликтов сошлись в одной точке.

А именно — на Миллионке. Отсюда корейские инсургенты руководят борьбой с захватчиками, а японцы пытаются их извести — раз. Здесь же маньчжуры готовят сепаратный договор с той же Японией о переходе под ее флаг, а прикончить их пытаются уже китайцы — два. Далее, где-то на Миллионке прячутся переговорщики Внутренней Монголии, которая хочет присоединиться к Внешней как к независимому государству — три…

— Китайская разведка ищет их с той же целью — чтобы прикончить, — вставил Оюулунбиельды.

— …Здесь же зимуют атаманы шаек хунхузов — четыре. А они, кстати, связаны с триадами — тайными уголовными союзами южного Китая. Существует собственно владивостокский туземный преступный мир, и главари его скрываются здесь же — пять. И наконец, в кварталах Миллионки поселились русские бандиты навроде Большого Пантелея. Друг у друга на голове они сидят, что ли?!

Насников хватил кулаком по столешнице и виновато улыбнулся:

— Не сдержался.

Алексей Николаевич напомнил:

— Есть еще китайская полиция при Лединге, которая ведет свою игру."

"Старший агент возразил:

— Своя игра только у Лединга. Полицейские задабривают его деньгами желтого населения, но в реальности выполняют приказы Пекина. А Генрих Иванович… Его роль мне до конца непонятна. Он потчует жандармов сплетнями из жизни диаспоры. Иногда подбрасывает действительно важные сведения: насчет японских шпионов, например.