На краю

В 1907 году Княжегорский приют ликвидировали, его обитательниц поместили в Евгеньевский приют Санкт-Петербурга. А на следующий год закрыли и Старицкий. В нем оставался двадцать один мальчик. Их распихали по разным углам столицы.

— Надо телеграфировать в департамент, — констатировал статский советник. — Пусть срочно допросят этого Раевского, что он помнит о воспитаннике Тертии Почтареве. И запросить приюты: где жил Тертий до совершеннолетия и куда убыл.

— Я все уже отбил экспрессом за вашей подписью. С вас семь рублей.

— Молчи, балбес! Пятнадцать копеек за депешу плюс по пятаку за слово — откуда у тебя набежало семь рублей?

— А за срочность? — пытался отовраться коллежский асессор. — По тройному тарифу!

— Покажи ассигновку. Нет? Так я и знал. Отправил задарма с полицейского телеграфа, вымогатель. Видит бог, как я устал от твоих махинаций… А теперь слушай, что рассказал Губин.

И шеф сообщил помощнику последние новости. Тот сразу заявил, что состав банды ими определен. Пантелей главный, а еще он таскает на спине тяжелые несгораемые шкафы — у них нет взломщика.

Питерцы отправились к Ледингу. Тот был у себя и снимал стружку с начальника сыскного отделения. Из-за неплотно прикрытой двери слышался его начальственный басок:

— Лыков два дня как приехал, а уже «языка» захватил. А ты? Шевелись! «Тюремный вестник» достал?

— Не успел, Генрих Иванович: грек перехватил.

— Ну пускай, там наверняка ничего нету. А что с картотекой?

— Ищем, пока не нашли.

Тут питерцы влетели в кабинет, и Азвестопуло кинул на стол полицмейстеру протокол допроса налетчика Губина:

— Вот новые сведения, прошу ознакомиться.

Можно было подумать, что это он расколол арестованного!

Лединг схватил листы, пробежал глазами и стал зачитывать их вслух. Закончив, глянул на подчиненного:

— Учись, Мартынов. Вот она, питерская школа. Они всю банду вычислили, покуда ты чаи распивал.

— Ну, это лишь предположение, — осадил подполковника статский советник. — Похоже на правду, но нужны доказательства. Сергей Исаевич, имеется среди владивостокских преступников человек с птичьей грудью?

— Э-э… Надо картотеку смотреть.

— А Ударкин разве не годится? — с едва заметной иронией поинтересовался Лыков.

Местные полицейские растерялись.

— Алексей Николаич, кто такой Ударкин? — после паузы спросил Лединг.