На дело со своим ментом

Я попросила Вадима остановиться напротив березы и пошла в поле, Женьке велела встать возле дерева, а сама удалилась на приличное расстояние и примерно минут десять отыскивала место, с которого в прошлый раз увидела машину. Затем попыталась как можно точнее восстановить события и их последовательность. Вадим несколько раз перегонял «БМВ», пока я не убедилась, что он находится на том самом месте, где в прошлый раз стоял серебристый «Део». Затем пришла Женькина очередь побегать от березы к дороге, прежде чем я осталась довольна.

Вадим и Женька терпеливо сносили мои придирки и старались изо всех сил. Когда я решила, что машина и люди заняли точь-в-точь те самые места, как в тот день, я попросила Вадима:

— Выйди из машины и возьми что-нибудь в руки. — Он вышел и даже сделал шаг, как тогда Валера. — Что ты видишь? — крикнула я Женьке.

— Все, — прокричала она в ответ.

— Что все, ненормальная?

— Машину, Вадима, дорогу, поле, лес, небо, солнце. Птичку на дереве и тебя, дуру, в поле.

Приказав Вадиму замереть, я бегом припустилась к Женьке и встала рядом, а потом вздохнула:

— Правильно, любовь моя, ты видишь все.

Ты только не видишь его правую руку, потому что ее нельзя увидеть отсюда.

Женька хмыкнула и собралась что-то ответить, но выражение ее лица вдруг стало меняться, потом подружка побледнела и ухватила меня за локоть.

— Ты хочешь сказать…

— Правильно. Он его спокойно и заранее обдуманно убил, — закончила я.

Вадим, подходя к нам, последнюю фразу, конечно, слышал и смотрел удивленно.

— Не могу поверить, — пролепетала Женька.

— Все сходится. Кое-что не давало мне покоя несколько дней: почему письмо Вере с просьбой не беспокоиться было написано от руки, а письмо с требованием выкупа — буквами, вырезанными из газеты? Это первое. Второе: куда исчезли деньги? Если Валера успел их забрать, зачем он вернулся?

— По-твоему, Игорь сам написал письмо с требованием выкупа, назначил встречу Валере, а когда тот подъехал, хладнокровно его застрелил, подбросил пистолет, тот, что купил три года назад за две сотни, а деньги…

— А денег, скорее всего, просто не было.

Из машины я не видела, что он делает возле березы, в пакете могла лежать свернутая газета, которую он незаметно сунул в карман. Помнишь, он хотел, чтобы с ним поехала я, не мы с тобой и не ты, а именно я. В этом был резон: допрашивать меня с особым усердием никто не станет, памятуя о том, кто мой муж. Задали очень вежливо несколько вопросов и отпустили с богом.