На дело со своим ментом

Мы выпили и немного поболтали о том о сем, Женькино настроение заметно улучшилось, что меня слегка удивляло, до тех самых пор, пока я не заметила девицу за столом в уголке возле самой двери. Она бросала на нас такие взгляды, что Женькина радость теперь была совершенно понятна. Как видно, Козырев ужинал отнюдь не в одиночестве, и наше появление испортило красотке вечер. Женьку это обстоятельство развеселило, а я, порадовавшись за нее, сосредоточилась на нашем дорогом друге.

— Николай Петрович, — перешла я к насущному, — дело у нас пустяковое, отнимать время у тебя не будем и сразу же перейдем к нему.

— Более или менее, — немного подумав, ответил Козырев. — Все, кто занимается бизнесом в этом городе, более-менее мне знакомы.

— Я знаю, что мы лезем не в свое дело, и заранее прошу извинения. Для нас твой ответ очень важен. Игорь Дунаев был должен тебе большую сумму денег. Скажи, пожалуйста, он вернул долг?

Козырев откинулся на спинку стула, посмотрел на нас по очереди и сказал:

— Вернул.

— Тогда другой вопрос: он имел реальную возможность это сделать?

Козырев засмеялся:

— Как я и предполагал, одним ответом от вас не отделаешься.

Я тоже хихикнула, надеясь, что он все-таки ответит. Смешок получился подхалимским, и я слегка смутилась, а Козырев помолчал немного и пожал плечами:

— Но ведь деньги он вернул. Почему Дунаев заинтересовал вас? — спросил он в свою очередь. С моей точки зрения, он имел на это право.

— Дунаев — муж нашей подруги, у него похитили ребенка…"

"— Вот оно что.

Я сказала «ребенка», а Николай Петрович уточнил — «девочку», выходит, о похищении или хотя бы о том, какого пола ребенок Дунаевых, он знал. Впрочем, неудивительно, такие люди, как Козырев, обычно все знают, и приставать к нему с вопросами по этому поводу я не собиралась, потому просто кивнула:

— Да.

Козырев вновь задумался, а Женька начала ерзать, с томлением на него поглядывая.

— Николай Петрович, — ласково попросила я, — помоги нам, пожалуйста… Как, по-твоему, он раздобыл деньги?

— Нашел клад, — хмыкнул Козырев. — Сначала я подумал, что он зарубил старуху-процентщицу, как в классическом детективе, но, так как ни о чем подобном в нашем городе не слышно, решил, что это клад.