На этот раз – да!

У дверей гостиной мать замешкалась и принялась легонько щипать дочь за щеки, чтобы они разрумянились, потом поправила ее непокорный локон, и лишь затем, распахнув дверь, втолкнула ее внутрь.

Завидев дам, джентльмен вскочил на ноги и принялся без всякого стеснения разглядывать Меган.

– Ну вот тебе и еще один, Деворгилла, – раздался зычный голос Элеанор, сидящей у камина. – Надеюсь, на этот раз ты будешь поучтивее.

Даже если визитера и удивили слова старой леди, то он не подал виду. Он глаз не мог отвести от Меган.

– Доброго вам вечера, дорогие леди. Я маркиз Мерридью. – Гость улыбнулся, и Меган показалось, что во рту у него не менее сотни зубов.

– Марки-из? – пропела Деворгилла. – Я леди Макнаб. Позвольте представить вам моих дочерей. Это леди Маргарет Макнаб, моя старшая, а вот леди Элис и Сара.

– Роскошный цветник, в котором благоденствуют шотландские розы! – напыщенно произнес маркиз и расцвел, восхищенный собственным красноречием.

"– Не соблаговолите ли присесть? Вижу, Элеанор уже приказала подать чай, – пропела Деворгилла, разглядывая маркиза так, как кухарка на рынке рассматривает на прилавке приглянувшуюся рыбину. Меган даже показалось, что мать вот-вот склонится к маркизу и обнюхает его, проверяя на свежесть. – Что привело вас в Шотландию?

– Я приехал, разумеется, за здешними тетеревами. Ничего нет вкуснее шотландского тетерева… Впрочем, разве что английский фазан в можжевеловом соусе.

– Стало быть, нынче у вас… иная охота? – с легким сарказмом спросила Элеанор. – Отец маркиза – герцог Бересфорд, Деворгилла. Мерридью – его сын и наследник, что делает его добычей куда более желанной, нежели какой-нибудь граф.

Меган смотрела на мать. Щеки вдовствующей графини разгорелись от возбуждения.

– А где располагается ваш охотничий домик, милорд? – спросила она гостя.

– Возле озера Лох-Дан, графиня, – осклабился маркиз.