Мышка для серцееда

Слегка ошалев от требования отца, даже не до конца разбираюсь с мышью и вылетаю на парковку. Все уже давно разъехались, и на улице успело стемнеть, пока я возвращался, чтобы довести до конца дело с девчонкой.

Черт его знает, почему я не оставил эту заразу куковать в одиночестве в зале после ее выходок. Вот уж точно огонь в крови! Усмехаюсь при воспоминании о ее воинственном виде. Это первая девчонка, которая не торопится пасть мне в ноги, и это…захватывает.

Стычки с ней доставляют какое-то удовлетворение и несут заряд бодрости.

Звук сигнализации ласкает слух. Не перестаю любоваться своей красавицей, хоть она у меня уже во владении больше года, но смотреть на нее одно удовольствие.

Сажусь за руль и замечаю, как из университета медленно выходит слегка ошарашенная Карина. Порыв ветра вырывает из прически локоны, и девчонка, вздрогнув, кутается в куртку.

Гашу в себе порыв предложить подбросить. Вот еще!

С чего вдруг такое желание-то? Она мои шмотки в унитазе полощет, а я ее подвозить буду?

Вжимаю педаль газа в пол, и машина со свистом срывается с места.

Приезжаю в назначенное место через пять минут, и внутри разливается несвойственное волнение. Стискиваю руки на руле, чтобы немного привести разлетающиеся мысли в порядок.

Опыта общения с отцовскими дамами у меня нет, да и приобретать его не особо горю желанием.

Телефон зажигается, и я вижу, что звонит отец.

— Да, — отвечаю с неохотой и выключаю зажигание.

— Ну и че ты там мнешься в машине? — бурчит отец. — Я тебя в окно вижу.

Окидываю взглядом кофейню, но отца не вижу. Зато вижу его огромный внедорожник, который притаился в углу парковки.

— Давай, давай, мы тебя ждем, — проговаривает и отключается.

Запускаю пальцы в волосы, и из груди вырывается рваный выдох. Ладно, быстрее сяду — быстрее свалю по своим делам.

На телефон прилетает эсэмэс от Кати: ""Мы сегодня встретимся?""

Оставляю послание без ответа и выхожу из машины. Легкие обжигает прохладный воздух. Преодолеваю расстояние до входа и ныряю в тепло, наполненное ароматами кофе. Взгляд сразу цепляется за внушительную фигуру отца.