Мы вернемся!

Опыта службы, конечно, у него вообще нет, считай, что он белый, чистый лист, но, может, это даже и хорошо, лучше будет егерская наука на него ложиться. Сам вот я три года назад таким же, как он, был, когда из батюшкиного имения в войска прибыл. Самое главное, чувствую, правильный паренёк этот, надёжный.

— Ну, так в чём дело, Алексей? Бери, конечно, коли чувствуешь, что хороший из него командир будет! — воскликнул серб.

— Да я с тобой советуюсь, ты же мой заместитель все-таки, — усмехнулся Егоров.

 — Ну что, я единолично такие дела должен решать? Присмотрелся бы ты к нему, а?"

"— Ладно, как скажешь! — пожал плечами Милорадович. — Где он сам-то?

— Афонька! — обернувшись, позвал вестового ротный. — Бегом на стрелковый полигон, одна нога здесь — вторая там. Скажешь Макарычу, чтобы он с тобой младшего сержанта Хлебникова из рекрутской команды для меня отправил. Только осторожность соблюдай, чтобы свою шальную пулю ненароком не словить. Ну, давай, бегом!

Глава 8. Суворов!

Алексей спешил в штаб.

Только недавно к нему прибежал вестовой из главного квартирмейстерства, посланный Митенькой с сообщением, что в ставку прибыл их превосходительство генерал-майор Суворов Александр Васильевич. Сам Суворов сейчас в Бухаресте!

Лёшка никогда бы себе не простил, если бы не смог его увидеть! Хоть даже издали! Легенда, глыба, человечище! Хотя бы одним глазком на него взглянуть!

Вот и центральная площадь с большим каменным двухэтажным зданием, занимаемым штабом первой армии.

Комендантские козырнули, не напрягаясь, как своему. Офицером Егоров слыл незаносчивым и невредным, рота его была приписана к главному квартирмейстерству, так что проскочил он по ступенькам беспрепятственно.

— Проходите, вашбродь, — кивнул ему дежурный унтер, открывая тяжёлую дверь. — Их высокоблагородие господин полковник покамест на улицу не выходили, у себя в кабинете они только что изволили быть.

— Спасибо, Фотеич, — поблагодарил Егоров, заходя в общий длинный коридор.

Первым делом правильно было бы увидеть своё прямое и непосредственное начальство, от кого, как говорится, на роту, как из щедрого кулька, сыпались пряники, ну и порой, бывало, конечно же, выпадал и хороший такой кнут.

Застыв перед дверью кабинета фон Оффенберга, Егоров на пару секунд замер. Из-за неё слышались голоса и звучал смех. «Ну что я, подслушивать, что ли, тут буду?!» — подумал Лёшка и, решительно постучав, дёрнул её за ручку.