Мутный

На радостях сказал на одном дыхании все, что так старался запрятать в глубине своей души. Все наши отношения я то радовался, то мучился. Боялся, что не справлюсь с собой и сломаю тебе жизнь…

– Я ненавижу тебя, Вань. Просто ненавижу, – резко выпалила Ева. – Как можно взять и вот так все испортить?

Ваня отпустил прядь ее волос и посмотрел в пол. Больше не было сил что-либо говорить. Он выдвинул ящик стола и достал оттуда пачку денег.

– Возьми. Тебе хватит на первое время.

Ева усмехнулась и помотала головой в знак отрицания.

– Просто возьми, Ева, – сказал он и сунул деньги ей в руки.

– Я не нуждаюсь в твоих деньгах! – Она отбросила пачку, и купюры разлетелись в разные стороны. – Ни одни чувства не должны глушить здравый рассудок. Нельзя находиться рядом с таким человеком, как ты. – Ева взяла чемодан, открыла входную дверь и вышла.

– Прощай, мой дорогой, светлый человечек, – тихо произнес Ваня. Его глаза наполнились слезами, и они моментально скатились по щекам. Он посмотрел на себя в зеркало.

«Гнилое существо.

* * *Однокомнатная квартира. Обшарпанные стены. Ева поднялась с твердой постели и зашла в ванную. Она глянула на свое отражение в зеркале и тяжело вздохнула. Затем прикоснулась к кулону на шее и закрыла глаза. В тот день она подобрала его под окном.

Ева повернулась и посмотрела на ножницы, которые лежали на полке. Она взяла их в руки и посмотрела на свои длинные волосы.

Кровать. Утро. Влюбленные и счастливые.

– Я тебе всю жизнь буду повторять, чтобы ты никогда не стриглась, – проведя пальцами по волосам Евы, произнес Ваня.

– Так и быть, но только ради тебя! – рассмеявшись, ответила она.

Ева поднесла ножницы к волосам и отрезала прядь с одной стороны. Длинные светло-русые волосы начали падать на пол.

– А если я сделаю тебе предложение?

– Вань, мы идем в магазин тебе за лапшой! Ты серьезно?

Он засмеялся и крепко обнял девушку, прижав к себе.

– И что? Я не хочу потерять человека, который в град согласился пойти со мной в магазин, находящийся за два километра от дома.

– Поверь, не потеряешь.

Ева сделала надрез с другой стороны, и волосы снова посыпались вниз.

Закат. Токио.

Ваня повернул голову и посмотрел на Еву.

– Что? – спросила она.

Он взял ее руку и крепко сжал.

– И не клянемся, что до гроба… – тихо произнес он.

– Просто любим. Просто оба, – перебив его, продолжила Ева.

– Ты тоже знаешь это стихотворение?[2]

Ева опустила глаза и улыбнулась.

– Знаю.