Можно я побуду счастливой?

Все делали вид, что попали сюда случайно – просто шли мимо. Наконец появился первый мужчина – очень старый, очень лысый, очень страшный и очень противный. Он медленно обошел диваны, очень внимательно разглядывая дам. Дамы все так же упорно делали вид, что им все равно. Мы помирали от смеха, и только Нина оставалась серьезной и то и дело строго повторяла, что наша миссия свята – мы выдаем замуж Жанку. Чтобы Жанкина Светка пела в Гранд-опера. И так далее. Все это было похоже на театр абсурда, но страхи прошли – спасибо коктейлю.

– Альфонсы, – прошептала мне Нинка.

– В смысле? – не поняла я.

Нинка ничего не объяснила.

Наконец нашу невесту пригласили на танец. Нина тоже танцевала – она любительница дансингов, и мужики ей по барабану. У нее отличный муж Поль, с которым она живет в согласии и любви. А остальные «девчонки» (средний возраст ожидающих счастья составлял примерно от шестидесяти двух и до бесконечности) «стояли в сторонке» по-прежнему.

Я познакомилась с какими-то дядями, объяснила, что меня притащили подруги, взяла их визитки. Натанцевавшись, мы наконец уехали домой.

Ну что ж? Жанка наша таки вышла замуж за математика-иранца. Она ему понравилась, хотя, думаю, ему нравились все женщины вокруг – без исключения. Он знал всю правду о ее намерениях и, будучи человеком весьма благородным, искренне хотел помочь моей подруге. Мне казалось, что из брака фиктивного может получиться брак эффективный. Но нет, увы! Жанка с иранцем разошлась и совершенно случайно, в обычном автобусе, познакомилась с приятным французом, полковником, занимающим важную должность в Министерстве обороны.

Да! Небольшая ремарка – Светка, Жанкина дочь, поет в Град-опера.

Так, между прочим. Она не прима, но тем не менее!

Кстати, с иранцем, своим фиктивным мужем, моя подруга дружит до сих пор.

Мои парижские подруги внушали мне, что здесь не принято тащить все на себе.