Другая правда. Том 1

О как! Даже логическая обоснованность! Наш Сокольников просто супергерой какой-то, не теряет выдержки и хладнокровия и сохраняет способность мыслить и действовать логично и последовательно. Запомним и это. Идем дальше: «Тем не менее, несмотря на блестящую память, проявившуюся при обсуждении инкриминируемого деяния, дал частично ложные биографические сведения и ложные обстоятельства явки с повинной». Н-да, — протянула Настя. — Супергерой у нас с вами получается какой-то подпорченный: память есть, а ума нет.

— Почему ума нет? Из чего это следует?"

"— Если бы ум был, Сокольников не стал бы врать экспертам-психиатрам о фактах своей биографии.

Об обстоятельствах явки с повинной — еще так-сяк, можно понадеяться на то, что прокатит версия о недобросовестности следствия. Но о биографических данных-то лгать зачем? Все же проверяется документально! Все есть в деле! Это очень хороший и очень важный момент, мы его непременно отложим в памяти. Дальше идет анализ выполнения экспериментально-психологических заданий. Готовы?

— Готов, — кивнул Петр.

Глаза его блестели, ему казалось, что вот сейчас как раз и начнется самое интересное.

— «Экспериментально-психологические задания выполняет достоверно, с ориентацией на успех. Несмотря на внешнюю уравновешенность и спокойствие, наблюдаются нейротические вегетативные реакции — мышечное напряжение, гипергидроз, диспноэ».

Настя отложила распечатку. Акт судебно-психиатрической экспертизы она видела далеко не в первый раз и с медицинскими терминами более или менее разобралась еще лет тридцать назад, но очень хорошо помнила, сколько времени ей потребовалось, чтобы понять в этом документе каждое слово.

Именно тогда она и добилась разрешения прослушать курс по психодиагностике, чтобы хотя бы примерно представлять, как выглядят применявшиеся в те годы тесты и как они работают. Она снова вспомнила мучительный стыд, затопивший ее, когда специалист рассказывал ей о ней же самой. Удар был болезненным, и Настя долго потом приходила в себя. «А ведь Пете сейчас точно так же муторно и неловко, как было мне, — подумала она.  — Помнится, я несколько дней не могла нормально работать, даже плакала дома потихоньку от Лешки. А Петя молодец, держит удар достойно, работает как ни в чем не бывало. Он сильнее меня. А может, просто более толстокожий… В любом случае нужно перестать его дергать и шпынять хотя бы сегодня, ему и без того несладко сейчас. И почему я стала такой злой?»

— Про гипергидроз и диспноэ сами погуглите, а я пока почитаю дальше.