Морозов. Книга 3

При этом он, как и я за несколько минут до того, крутил головой и поворачивал корпус.

— Если моя кожа будет блестеть на видео, то кто-то останется без работы, — грозил Ринат.

— Он умеет работать лицом, — заметила Лилия.

— Это его профессия.

— Главное — не пасовать перед ним.

— Не беспокойся, я все сделаю как надо.

Водянова больше не пыталась со мной заговорить. Она сидела рядом с прямой спиной, сложив руки на груди, и смотрела в экран.

— Михаил Владимирович, — в комнатку заглянула та самая тощая девица, которую я видел ранее.

— Ваш выход через три минуты.

Секретарша отмерла и повернулась ко мне.

— Включи наушник, — приказала она. — Надо проверить звук.

Я кивнул, нажал на вкладыш, а Лилия вышла из комнаты.

— Меня хорошо слышно? — спросила она.

— Отлично.

— Ничего не шуршит?

— Ты о своих крыльях? — пошутил я и тут же поправился, — Все отлично. Только не кричи, и все будет в порядке."

"Я не стал дожидаться, когда она вернется и отправился к площадке. Там меня уже ожидала сотрудница студии.

Она протянула мне бутылку с водой, но я отказался. Вместо этого отвинтил крышку с фляжки и глотнул отвара. Напиток прокатился по горлу теплой волной и осел в желудке.

— Ваш выход, княжич, — раздалось в ухе.

Я выдохнул и зашагал по коридору. Меня встретил яркий свет и громкие аплодисменты. Если бы не знал, что аудитория нанятая, то поверил бы в их радость при виде меня.

— Здравствуйте, Михаил Владимирович, — громко поприветствовал меня Ринат. — Дорогие зрители, я признаюсь, что давно знаю княжича Морозова.

Мы познакомились до того, как он стал известен в Империи как темный ведьмак.

Я на это лишь улыбнулся. Не уличать же ведущего в лукавстве. Хотя на мгновенье меня напрягла покровительственная улыбка актёра.

— Мы встречались после его нашумевшего путешествия в Бергардовку, — многозначительно добавил Барашкин. — Но об этом мы условились не говорит на публике.

Люди ахнули. Я же занял место на диване, положив рядом уменьшившуюся косу. Ринат играл великолепно. Я не мог не признать этого.

Ведущий играл голосом, то повышая его до высоких нот, то понижая до бархатного баритона. В общем, Барашкин казался вдохновенным и заинтересованным.

Ринат спросил о моем детстве. И было понятно, что он не ждал ничего интригующего. Я не стал его разочаровывать, рассказав уже заготовленную речь о простой жизни в Муроме. Затем мы посмеялись над шуткой Барашкина. Сделали несколько перерывов, во время которых ведущему стирали испарину со лба и подавали воду.