«Молодая Гвардия» (Первая редакция, 1945 г)

А слева тянулся пустырь, в глубине которого, возле каменного здания казарменного типа, немецкий сержант в голубоватых погонах с белым кантом проводил ученье с небольшой группой русских в гражданской одежде, вооруженных немецкими ружьями. Они то строились, то рассыпались, ползли, схватывались врукопашную. Все они были уже пожилые. На рукавах у них были повязки со свастикой.

- Жандарм фрицевский… Учит полицаев, как нашего брата ловить, - сказала Нина, сверкнув глазами.

- Откуда ты знаешь? - спросил он, вспомнив то, что рассказывал ему Тюленин.

- Я уже их видела.

- Сволочь какая! - сказал Олег с брезгливой ненавистью. - Таких давить и давить…

- Стоило б, - сказала Нина.

- Ты хотела бы быть партизаном? - неожиданно спросил он.

- Хотела бы.

- Нет, ты представляешь, что такое партизан? Работа партизана совсем не показная, но какая благородная! Он убьет одного немца, убьет другого, убьет сотню, а сто первый может убить его. Он выполнит одно, второе, десятое задание, а на одиннадцатом может сорваться.

Это дело требует самоотверженности. Партизан никогда не дорожит своей личной жизнью. Он никогда не ставит свою жизнь выше счастья родины. И если надо выполнить долг перед родиной, он никогда не пожалеет своей жизни. И он никогда не продаст и не выдаст товарища. Я хотел бы быть партизаном! - говорил Олег с такой глубокой, искренней, наивной увлеченностью, что Нина подняла на него глаза, и в них выразилось что-то очень простоватое и доверчивое.

- Слушай, неужели мы будем с тобой встречаться только по делу? - вдруг сказал Олег.

- Нет, почему же, мы можем встречаться… когда свободны, - сказала Нина, немного смутившись.

- Где ты живешь?

- Ты не занят сейчас?… Может быть, ты проводишь меня? Я хотела бы познакомить тебя со своей старшей сестрой Олей, - сказала она, не совсем уверенная, что она хочет именно этого.

Счастливый своим новым знакомством и тем, как складывались дела его, очень голодный, Олег возвращался домой.

Но, видно, ему не суждено было поесть сегодня. Дядя Коля шел ему навстречу:

- Я тебя уже давно караулю: «Конопатый» (так они называли денщика) все время ищет тебя.

- К ч-чорту! - беспечно сказал Олег.

- Все-таки лучше от него подальше. Ты знаешь, Виктор Кистринов здесь, вчера объявился. Его немцы у Дона повернули. Давай зайдем к нему, благо у его хозяйки немцев нет, - сказал дядя Коля.