«Молодая Гвардия» (Первая редакция, 1945 г)

И вдруг в конце улицы, на взъезде, показалась серая легковая машина без верха и, ослепительно отравив стеклом на извороте солнце, небыстро покатилась по улице к стоящим у кустов жасмина женщинам. В машине прямо, строго, неподвижно сидели военные в сером, в серых фуражках с высоко поднятой передней частью тульи.

За этой машиной двигалось еще несколько легковых машин. Они въезжали с переезда на улицу и одна за другой небыстро катились сюда, к парку.

Елена Николаевна, не спуская глаз с этих машин, вдруг лихорадочными движениями маленьких с чуть утолщенными суставами пальцев рук подхватила одну, потом другую косу и стала обкручивать их вокруг головы.

Она сделала это очень быстро, совершенно машинально и, обнаружив, что у нее нет с собой шпилек, продолжала стоять на месте и смотреть на улицу, придерживая косы на голове обеими руками.

А Мария Андреевна, издав легкий вскрик, бросилась от куста жасмина, за которым она стояла, не к калитке на улицу, а обратно к дому.

Она обежала дом с того края, где жили Саплины, и второй калиткой, от Саплиных, выбежала на улицу, параллельную той, по которой шли немцы. Эта улица была пуста, и этой улицей Мария Андреевна побежала домой,

- Прости, я уже не имею сил тебя подготовить…

Мужайся… Тебе надо немедленно спрятаться… они могут вот-вот хлынуть на нашу улицу! - говорила Мария Андреевна мужу.

Она задыхалась, прикладывала руку к сердцу, но, как все здоровые люди, она была такая красная и потная от бега, что этот внешний вид ее волнения не соответствовал страшному смыслу того, о чем она говорила.

- Немцы? - тихо сказала Люся с таким недетским выражением ужаса в голосе, что Мария Андреевна вдруг смолкла, взглянула на дочь и растерянно повела глазами вокруг.

- Где Валя?- спросила она.

Муж Марии Андрезвны стоял с бледными губами и молчал.

- Я расскажу, я все видела, - необыкновенно тихо и серьезно сказала Люся. - Она читала в саду, а какой-то мальчик, уже взрослый, перескочил через забор.

Она лежала, а потом села, они все разговаривали, а потом она вскочила, и они перелезли через забор и побежали.

- Куда побежали? - с остановившимися глазами спросила Мария Андреевна.

- К парку… Плед остался, и подушка, и книжка. Я думала, что она сейчас вернется, вышла и стала караулить, чтобы не украли, а она не вернулась, и я все домой унесла.

- Боже мой… - сказала Мария Андреевна и грузно опустилась на пол.