Мохнатая лапа Герасима

– Кар… Каролина… – Бурбонская на время умолкла, потом продолжила: – Каролина Молокова. Я думала, мальчик у нее. Но оказалось… О господи, мне обязательно рассказывать?

Димон кивнул.

– Ночью, не помню во сколько, меня разбудил звонок, – продолжала Бурбонская. – В трубке голос сына.

– Мама, я человека убил. Скорей приезжай.

Я кинулась к машине. Дорога была почти пустая, я домчалась быстро. Гена дал точные координаты своего местонахождения, я вышла из автомобиля: никого! Я растерялась! И тут из лесочка, который по краям шоссе растет, появляется сын, говорит: «Мама, это я!»

Ксения закрыла ладонью глаза.

– Ужас! Гена рассказал, что он ехал в поселок, где живет Анна, хотел поговорить со Шляхтиной…

Бурбонская замолчала.

– Странное ваш сын выбрал время для беседы, – удивился Илья, – и сомнительно, что незнакомому человеку откроют ночью дверь.

– Для начала охрана не впустит автомобиль в поселок, – заметила я.

Ксения прижала ладони к груди.

– Гена хотел оставить машину на парковке, где бросают автомобили служащие.

– Дома бизнесмена Красавина? – уточнил Иван Никифорович. – И как он хотел это осуществить?

Бурбонская схватилась за виски.

– Не было у меня времени его расспрашивать, я в детали не вдавалась. Гена ехал к поселку, не заметил мужика на велосипеде и сбил его.

Димон застучал по клавишам одного из своих ноутбуков.

– И как я должна была поступить? – залепетала Ксения. – Что делать? Не дай бог, Гену обвинят в смерти идиота, который ночью на велике катается. Ну и… мы переодели покойного в одежду сына, сбросили тело в люк и уехали.

Иван Никифорович побарабанил пальцами по столу.

– Даже не знаю, как оценить ваши действия.

– С какой стороны ни глянь, дурацкая затея, – высказался Илья.

– Гена в истерике был, – прошептала Ксения, – а я не догадалась его одежду проверить.

Димон оторвался от компьютера.

– Странно, что ваш сын носит основной документ гражданина в кармане. Ну да ладно. Но у меня возникли другие вопросы. В беседе по телефону с сотрудником благотворительной организации, каюсь, им прикинулся я, вы назвали имя любовницы сына. И сейчас вы произнесли: Каролина Молокова.