Мохнатая лапа Герасима

Глупые, тупые гаденыши! Вас взяли из приюта, обогрели, выучили, а вы, твари неблагодарные, вопите про чужую кровь?! А своя кровь вам что сделала? Пила, гуляла, нюхала, кололась? Хороший человек ребенка в приют не сдаст. В интернат ребенок из приличной семьи попадает лишь в случае смерти всех родственников, и не о нем сейчас речь. О массе детей, которые на попечении государства оказались. По телевизору я недавно шоу видел. Муж с женой взяли в семью девочку, которая родилась больной. Родная мамаша, пьянь-рвань, недолго думая от малышки отказалась.

– Я случайно узнала, что им не родная. Всю жизнь они меня обманывали. Хочу мамочку любимую найти, обнять, поцеловать.

Вот же пакость какая! Не лгали тебе, берегли от правды. Хочешь знать, что мамашка понятия не имеет, от кого в пьяном угаре ребенка зачала? Готова жить с алкоголичкой в бараке? Ну и дуй туда! Я бы на ее месте папе с мамой на шею кинулся, на колени встал, головой в пол кланялся, рыдал: «Спасибо, любимые, что меня, страшную уродину, больную, тупую выбрали, лечили, учили, одевали, обували…»

Лев махнул рукой.

– Пережрала эта сиротинушка крема сладкого! Но я не такой. И единственное хорошее, что случилось в результате беседы с Радионовой, – моя беседа с отцом. Я успел сказать, как люблю его, как он мне дорог, как я благодарен ему за все.

– Что вам предложила Эльвира? – остановил Орлова Коробков.

Лев Владимирович криво улыбнулся:

– Ей втемяшилось в голову возобновить работу лаборатории. Если коротко, то суть беседы была такова: «Лева, дайте мне денег, я восстановлю лекарство, которое изобрели наши родители».

– Что вы ответили? – спросил Димон.

Орлов потер лоб.

– Я вполне обеспеченный человек, веду бизнес, на меня работают умные люди. Если вдруг возникает сложная проблема, я могу спросить совет у отца. Сам экспериментирую с разными смесями. Какие таблетки от старости? Чушь невероятная. Невозможно дряхлого в молодого превратить. Старье новым не станет.