Моя война: Выжить вопреки. Испытания. Чужой

Как ни странно, но кажется, что главное это дойти до этой станции, будь она трижды неладна. А уж рвануть там все, это, думаю, сможем, не зря обучали.

Проснулись как по будильнику, ровно в двенадцать. Сразу пошли умываться и ужинать. Форму у нас уже забрали, идем в гражданской одежке, так больше вероятность сойти за местных. Ну, начальство так решило, я здесь абсолютно ни при чем. Мне вообще думается, что идти нужно во вражеской форме. Странно, но командиры почему-то думают, что якобы местных призывного возраста сразу за задницу не возьмут.

Не понимаю я этого. Ну, инструкции это для галочки, никто не помешает нам импровизировать на месте. Как оказалось, ребята думали о том же.

– Андрюх, а что за идея с одежкой? – спросил меня Егор.

– Не знаю, начальство так решило, но… – я подмигнул бойцам, – мы же будем далеко от начальства, так? – Ребята, хмыкнув, засмеялись.

Конечно, с новенькими в нашей группе еще предстоит «познакомиться», все же мы втроем уже спаянный коллектив, а с остальными всего десять дней как знакомы.

На первый взгляд вроде отличные ребята, но как они себя поведут в тылу врага… Тут не знаешь, как сам будешь действовать, чего уж о других говорить. Но хотелось верить в людей, правда, это частенько боком выходило, но все же. Вообще в это время люди и проще, и человечнее как-то. Настоящие они, не избалованные благами цивилизации.

Испытания

Заброска в тыл противника осуществлялась самолетом. Выбросили нас быстро, линия фронта ведь совсем рядом, летели всего несколько минут.

К сожалению, нам не дали поучаствовать в разработке плана, настаивая на неукоснительном следовании придуманному начальством. А жаль, я бы попросил выкинуть где-нибудь в стороне. Дело не в том, что я слишком опасаюсь за свою жизнь. Это и так понятно, тут другое. Я, наконец, понял, что такое умение воевать. Это не отличная стрельба или рукопашный бой, не геройство и безбашенность. Нет, это наука о том, как сохранить свою жизнь. Если научиться беречь себя, не тупо прячась, а еще и истребляя врага, то это и станет решением. Большого ума не нужно, чтобы рваться к цели, сметая все на пути, итог может быть печальным и всегда закономерным. Гораздо сложнее понимать, когда нужно идти, а когда и залечь. Так, я думаю, и смогли выжить те немногие бойцы, кто начинал эту войну в сорок первом. Не буду скрывать, сам от деда слышал его историю. Тот, когда ему во второй раз прилетело от фашистов, был в госпитале очень долго.