Моя война: Выжить вопреки. Испытания. Чужой

Видел Сталина, зрелище впечатляющее, можно сказать, историческое. Это я не о параде, а о Вожде. Хотя чего уж тут, парад тоже понравился. До этого момента, в будущем, я видел парады лишь по телевизору. Вживую это воспринималось еще круче. Все портило только одно. Война. Почти все эти люди, мужчины, женщины, которые проходили по Красной площади седьмого ноября, погибнут в боях совсем скоро. Буквально на днях.

Сталин, после знаменитой речи, вместе со своим окружением махал рукой бойцам и командирам, приветствуя славных защитников Родины.

Шел снег, было прохладно, но пока еще не замерзали. После немного удалось посмотреть Москву. Зрелище угнетало и пугало. Ведь тут реально приготовились к сдаче. Я-то знаю, о чем говорю. Наших же бойцов задействовали на минировании объектов столицы, минировали густо, чтобы врагу руины достались, если все же захватят. В центре все нижние этажи домов были заложены мешками с песком, многие здания были повреждены. Площади и проспекты утыканы противотанковыми ежами и заграждениями, каждый дом должен был стать крепостью. Обычных людей на улицах мало, праздно никто не шатается.

Роту ОМСБОН сразу с парада отправили на фронт. Оставшиеся немного возмущались, всем хотелось на фронт, тем более подготовленные люди реально могли принести пользу Родине. А у нас с ребятами случилось новое приключение.

– Морозов, Бортник, Мельников, Иванов, Бойко, Черкасов! – выкрикнул дежурный по школе во время развода восьмого ноября. – Выйти из строя, шагом марш за мной!

Мы послушно, чеканя шаг, кстати, никакой шагистики тут не было и в помине, последовали за дежурным.

Нас провели по коридорам, и вскоре мы оказались возле кабинетов администрации.

– Входите! – последовал приказ. Мы прошли в двери и оказались в кабинете. Простой деревянный стол, покрашенный чем-то темным, два портрета на стене, не буду уточнять, чьи именно, и за столом хозяин кабинета.

– Здравия желаем, товарищ старший майор госбезопасности. – Вот и встретились. Перед нами сидел человек, ответственный за эту самую подготовку бригады ОМСБОНа.

Судоплатов Павел Анатольевич, собственной персоной.

– Даже звание знаешь? – хитро прищурившись, спросил главный диверсант страны Советов. Вопрос не праздный, одет-то он не в форму. Блин, явно меня на прицеле держат, допрыгаюсь, точно на Лубянку загремлю. Дернул же меня черт о звании брякнуть…

– Виноват, товарищ старший майор. Слышал как-то от преподавателей ваше звание. Точнее, слышал, что повысили недавно…

– От кого именно? – вот же неуемный.