Моя война: Выжить вопреки. Испытания. Чужой

– Держи, старшой! – Бортник кинул мне немецкий автомат, а затем еще и подсумки с магазинами. Я быстро перекинул ремень через голову, и автомат повис за спиной. Подсумки приладил к поясному ремню. Мы уже были готовы войти, как из дверей вывалился пьяный мужик. Одет он был в старую фуфайку, а на ногах – валенки.

Иван очнулся от этой комедии первым и ударил фрица по кумполу кулачищем. Тот мягко завалился, и на крыльце вдруг неприятно завоняло.

– Тьфу ты блин! – выругался я. – Да он же обосрался! Наверняка до ветра пошел, а ты ему помог.

– А не слишком нагло? – спросили ребята.

– Нормально. Я же не через немецкие траншеи рвану к мосту. Так окружным путем до берега добраться проще, быстрее, нам же пленный нужен, а тащить его хоть и пять километров, но все равно неохота.

– А с чего ты взял, что мы именно его потащим? – удивился Иван. – Полицай сказал, что их тут четверо.

– Ну, а кто еще тут в хате может быть? В таком виде перед начальством не появляются, значит, он и есть начальство.

Осторожно открывая дверь, я пытался разглядеть хоть что-то внутри. Откуда-то из глубины дома слышалась немецкая речь. Открыв дверь пошире, я нагло вошел внутрь. Егор был за спиной, Ваня останется снаружи, на всякий случай. В сенях никого не было, мы спокойно прошли в комнату. Оттуда, видимо услышав наши шаги, донесся голос:

– Пауль… – дальше было непонятно. Черт, хоть бы чуток времени дали, язык бы выучил. Память у меня хорошая, а знание языка здорово помогает в жизни, особенно на войне.

В комнате, при свете нескольких свечей, ага, даже лампы не было, сидели два фашиста. Где третий, мы узнали чуть позже. Фрицы были в кителях, у одного даже рыцарский крест на груди висел. Я с автоматом в руках, сзади Егор с винтовкой, вогнали немцев в ступор.

– Хенде хох! – крикнул я и подскочил к ближайшему фрицу. Офицеры медленно задрали руки, а с печи вдруг появился третий участник соревнований по литроболу.