Моя (не) родная

– Ты же не поздороваться пришла? – я смерила ее вопросительным взглядом.

– Не поздороваться, – она повернулась ко мне. – Хотя, всё-таки здравствуй, подружка.

– Я тебе давно уже не подружка.

– Да, – Наташа посмотрела на уходящую вверх лестницу, затем снова на меня. – Давно не подружка. Но это уже не имеет значения.

Волосы её были короче, чем я помнила. И раньше броская, она стала ещё ярче. Тёмные глаза, чёрные брови и ресницы, подчёркнутые помадой губы: глядя на неё, я не могла осудить Данила. И всё же я почувствовала болезненный укол ревности.

– Я попросить тебя хочу, Агния, – она сделала пару шагов ко мне и остановилась. – Не лезь в наши отношения. Тебя где-то носило семь лет, а сейчас ты вернулась и думаешь, что тебе всё можно? Что стоит тебе захотеть, и Даня будет за тобой таскаться? Нет, Агния. Раньше надо было. А сейчас он мой, и я тебе его не отдам.

– А с чего ты взяла, что я собираюсь у тебя его забирать?

– Перестань, – наигранное спокойствие уступило место раздражению.

– Захотела и вернулась! Здесь мой дом, имею право! А со своим Даней сама разбирайся! Если у него яйца зудят, это не моя проблема!

– А ты спишь и видишь, как его яйца почесать, да?! Привыкла, что всё должно быть, как ты хочешь!

– Я хочу, чтобы ты убралась отсюда, – я подошла к двери и, распахнув её, указала бывшей подруге на выход. – Ваши с Данилом проблемы меня не касаются. Уезжать я не собираюсь.

– Я беременна! – истерично выкрикнула Наташа.

– У меня тоже ребёнок, – процедила я в ответ. – И что дальше?

– Пожалуйста, – она сбавила обороты. – Агния…

– Уходи, – я открыла дверь шире.

Она продолжала стоять посреди коридора, глядя на меня с вызовом и отвращением, и мне хотелось вытолкать её и закрыть дверь. Хотелось вернуться в Штаты и забыть о Даниле, о его губах и о том, какая я рядом с ним. Хотелось отмотать время назад и наткнуться на него, стоящего у подъезда возле огромной чёрной машины с букетом роз на капоте.

– Я не буду просто так смотреть, как ты у него задницей перед носом вертишь, Агния. Учти.

– Обязательно учту.

– Какая же ты сука.

– Такая же, как и ты, – я снова показала ей на дверь.

В последний раз она посмотрела на меня и, больше ничего не сказав, вышла.