Моя (не)зависимость

Ну, или сама справлюсь с этим нелегким делом.

Но это все потом. Сейчас мне нужно побыть одной.

– Стой, дурочка! – кричал Кирилл.

Но я даже не смотрела назад. Не оглядывалась. Я лихорадочно вспоминала все уроки Пчелкина. Он ведь сам научил меня управляться с этим стальным зверем. И сейчас я была благодарна ему за это.

Не только за это. Еще и за жизненный урок. Впредь я буду осторожна и разборчива. Теперь никто не сможет сделать мне больно. Мое сердце – независимая крепость, которую не разрушить даже Грому.

* * *

С великим трудом я добралась до того самого места, где мы были с Киром в первый раз. Был день. И все казалось совсем другим. Не было той магии и волшебства, как прежде. Не было приятного и загадочного полумрака, не светили звезды, да и само дерево желаний выглядело иначе.

Оставила байк, вынула ключ из замка зажигания. Руки немного дрожали – то ли от езды на мотоцикле, то ли от волнения и нервов.

Прислонилась спиной к дереву. Прикрыла глаза. Вот теперь можно поплакать…

Но слез не было.

Например, о том, что мне до конца не верилось в измену Кирилла. От Семена я могла бы ожидать беспорядочных связей. От любого другого парня. Только не от Кира. Ведь он говорил, что любит меня. Тогда у меня не было причин ставить его слова под сомнение.

И что же изменилось?

Да, я застала девицу в комнате Пчелкина. Да, он был с обнаженным торсом. Но ведь он сидел рядом. И даже не касался Ленки."

"Черт! Все-таки я трусиха, прав Кир. Трусливая девчонка-школьница!

Зачем сбежала? Нужно было вышвырнуть Ленку из дома, выдернуть ей волосы, а потом уже разговаривать!

Но сил не было, даже чтобы подняться на ноги.

Я не сразу расслышала, как подъехала машина. А когда увидела, что из салона моей тачки вышел Кирилл, то убегать, разумеется, было уже поздно.

Мазнув тыльной стороной ладони по лицу, подняла голову. Кирилл стоял, нависая надо мной. Он не успел надеть футболку.

Пока я рассматривала шорты Кирилла, он присел на корточки передо мной так, что наши глаза оказались на одном уровне. Мужские брови сурово сошлись на переносице. Губы поджаты в недовольстве.