Моя (не)зависимость

– Ты либо идиот, либо не в курсе, кто мой отец, – удивилась девушка, тайком радуясь, что Семен не спасовал перед ее знаменитым папочкой.

– Выходит, идиот – улыбнулся Заверин, но скорости не сбросил, наоборот, вдавил педаль газа, когда машина выскочила на ночную магистраль, ведущую из города.

Когда тачка оказалась на приличном расстоянии от города, а Милу начала охватывать паника, Семен притормозил, а потом и вовсе прижался к обочине.

– Послушай, малыш, – пробормотал Семен, повернулся к Миле, вздохнул, протянул руку к хрупкой ладошке и сжал.

– Отличная схема! А меня не спросишь? – язвительно поинтересовалась Мила."

"– Что-то я не слышал от тебя особых возражений там, на парковке рядом с моим домом! – коварно усмехнулся Семен, красноречиво задержав взгляд на женской груди, скрытой тонкой тканью вечернего платья.

– Какой же ты говнюк! – прошипела Мила в ответ, упрямо вздернула подбородок и скрестила руки на груди.

– Ничего, скоро ты меня полюбишь и таким, – самоуверенно завил Семен.

Милолика могла бы еще много чего поведать парню о его характере, но рядом с автомобилем Семена припарковался другой: черный массивный джип с тонированными стеклами и весьма знакомым номерным знаком.

– Сиди здесь, – скомандовал Сема. – А я переговорю с приятелем.

– Да постой же, идиот! – спохватилась Милолика, но поздно, Семен уже выпрыгнул из салона, хлопнув дверью.

В свете фар девушка видела, как высокая фигура Семена останавливается в паре метрах от водителя джипа. Милолика, затаив дыхание, следила за тем, как Семен пожал руку мужчине, не уступавшему ему ни в росте, ни в весе. Вот только если Сема был тем еще шутником и обаятельным балагуром, то его оппонент слыл жестоким громилой.

Это был ее старший брат, Рустам Нагашев. И Мила точно знала, что если Рус увидит ее здесь, то прибьет и Семена, и ее саму на месте.

Пришлось действовать, не продумав все шаги.

За спиной Руса появилась парочка вышибал. Семен поднял руки вверх, словно успокаивая парней.

Мила не слышала, о чем именно шел разговор. Но интуитивно чувствовала, что пора принимать продуктивные меры.

Опустив стекло, Мила звонко крикнула, обращаясь к Семену:

– Прыгай в тачку, блаженный!

Семен если и удивился, то вида не подал. Но попятился назад, опережая действия «приятелей».