Дядя самых честных правил 11

Ноги упали на землю, тут же вскочили и понеслись по кругу, поднимая пыль. А туловище, разъярённо болтая головой, поползло в мою сторону. Ага, чистое пламя действует не только на прибитых тварей, но и на вполне бодрых. Ну, тогда держитесь!

Свернув бич, я схватился за Нервного принца обеими руками и шибанул по тварям уже большим Знаком.

Бух!"

"Пепел взметнулся над дорогой — и в разные стороны полетели уцелевшие куски кожеходильцев. Рука, кажется, и какие-то бесформенные запчасти. И только получившие свободу ноги увернулись от Знака и продолжили бегать по кругу.

— Lo que me sale de los cojones!

Киж всё-таки сумел справиться со своими противниками. Стилетом, выдвинутым из механической руки, он выбил им мёртвые глаза, а заодно понаделал дырок в черепах. Одной твари оторвал руки, а другой сломал хребет. И теперь просто месил их кулаками в бешеном темпе, перемалывая кости и ругаясь на испанском.

— Дима, в сторону!

Мертвец зарычал, будто зверь, не желающий делиться добычей.

— Дима!

Киж резко обернулся, встретился со мной взглядом и тут же кувыркнулся в сторону.

Немедля, Нервный принц изверг на тварей Знак Огня, превратив двух изломанных кожеходильцев в чёрную жирную гарь.

Я вскинул middle wand и огляделся. Пока мы расправлялись с четырьмя тварями, у опричников дела складывались не лучшим образом. Твари, вылупившиеся из остальных фальшивых индейцев, рассыпались по обеим сторонам дороги. Тенями пробравшись за кустами и по склону с правой стороны, они обрушились на отряд с флангов.

Уже четверо моих людей лежали в пыли, распоротые от шеи до паха. Живые вели бешеный огонь, но могли лишь отогнать противников, а те кружили возле них с сумасшедшей скоростью, неожиданно бросаясь и пытаясь выдёргивать людей.

Бух! Бух! Бух!

От серии Знаков они легко увернулись — слишком уж велико было расстояние, с которого я стрелял. И тут же несколько тварей кинулось в мою сторону, посчитав лёгкой добычей.

— Костя! — Киж сорвался им наперерез. — Я их возьму!

В этот момент дал о себе знать Смеющийся Медведь.

Стоя на коленях в центре нарисованного круга, он поднял над головой бубен и ударил в него колотушкой.

— Ай-на, ай-на, ай-на-хе!

Шаман запел, стуча колотушкой и совершенно немелодично завывая. И что самое удивительное — это сработало!

Твари бросили опричников и все до одной кинулись к шаману. Киж даже сделать ничего не успел, как толпа кожеходильцев смела его со своего пути, уронила на землю и пробежалась по спине.