Дядя самых честных правил 11

Увы, конкретики маловато, только слухи, переданные через вторые руки. И вот ещё что. Мне стало известно, что государственный секретарь Испании маркиз Гримальди получил из России вексель на сто тысяч рублей золотом.

Киж подался вперёд, оставив бокал.

— Кто ему заплатил и за что?

— Боюсь, я не могу ответить на этот вопрос. Я знаю только о переводе денег, но отправитель остался неизвестным. Полагаю, это может быть как-то связано с происходящим в Америке. Мне потому и шепнули об этих деньгах, так как слишком уж необычное дело: с Испанией у России мало точек соприкосновений.

— Благодарю, Акакий Акакиевич. Думаю, Константин Платонович оценит вашу работу.

— Делаю всё, что могу, Дмитрий Иванович.

* * *"

"Покинув дом Баширова, Киж отправился в квартиру, снятую на время пребывания в столице. Внимательно перечитал бумаги человека-мыши, переоделся в свежий костюм и направился к выходу. Но, выйдя на улицу, остановился и задумчиво хмыкнул.

— В Зимний дворец к Павлу? Нет, пожалуй, хватит на сегодня работы. Будем считать, что я настраиваюсь перед серьёзным разговором.

Он накинул на себя «плащ мертвеца» и исчез, будто его и не было.

Через несколько часов Киж появился на балу у графа Андрея Петровича Шувалова. Вошёл невидимым, скинул «плащ» в тёмном углу и как ни в чём не бывало влился в толпу гостей. Прогулялся по залам, улыбаясь дамам и здороваясь с мужчинами, будто со старыми знакомыми. Разок станцевал с какой-то сударыней, шепча ей что-то во время танца, отчего та краснела и хихикала.

Впрочем, Киж не собирался обдирать столичных картёжников как липку. Так, «слегка» пощипал их на пару тысяч рублей, больше предпочитая обламывать игру шулерам или давать выиграть каким-нибудь бедолагам, которых «раздевали» более опытные игроки. И всегда вставал из-за игрального стола до того, как на его успехи начинали обращать внимание.

— Отпустите меня!

Киж обернулся на сдавленный шёпот. У стены, за кадкой с развесистой пальмой, стояли двое. Испуганная девушка с глазами беззащитного оленёнка. И пухлый молодой человек с рыхлым лицом, нетвёрдо стоящий на ногах. Он грубо держал её за локоть и буравил злым взглядом.

— Нет уж, в этот раз вы меня выслушаете!

— Мне больно!

— А мне не больно, дорогая кузина? — молодой человек плаксиво скривил рот.