Моя капризная леди

— Мы уже не маленькие, нам по семь.

Вот что говорит книга этики в таких случаях? Боги, почему девушек никто не учит общению с детишками.

— Э-э-э, потому что лишь взрослые могут употреблять подобные слова, — запнулась я и возвела взгляд к небу, затем снова посмотрела на девочек. — Разумеется, нечасто. А уж юным и не очень леди подавно запрещается такая брань.

Мысленно дала себе пощечину за наглое вранье.

— Почему тогда мальчикам можно? — спросила Джини, и я окончательно растерялась.

Как объяснить девочкам четкое разграничение правил поведения в обществе по полу? Женщинам запрещали то, что безоговорочно разрешалось мужчинам.

— Ну-у, — протянула я, хлопая ресницами. — На самом деле нельзя, просто мужчины другие...

— Какие? — наклонила голову набок Маргарет.

От необходимости давать ответ меня неожиданно спасла Эйла. Сестра Терлака вышла из зарослей к берегу с тихим шорохом и сразу же побледнела, метнув взгляд к яйцу, по-прежнему лежащему на песке. Мы о нем, кстати, совсем забыли. А тем временем оно начало странно подрагивать при появлении юной МакГиннес, заставив ту подумать, будто я собиралась причинить вред еще народившемуся драконенку.

— Отойди от него! — взвизгнула Эйла, бросаясь к яйцу.

"Я озадаченно хмыкнула и посмотрела на храбрую девчонку, глаза которой оставались немного припухшими и покрасневшими. Между нами пробежала тень прошлого разговора, но то, как храбро Эйла кинулась защищать юного дракона меня даже восхитило. Знала ведь, что со мной не справится.

— Зачем вы ей рассказали?! — с некоей долей обиды в голосе спросила сестра Терлака у замерших близняшек.

Девочки повинно опустили головы и синхронно шмыгнули носом.

— Это все Маргарет, — буркнула Джини, толкая сестру вбок.

— Чего я? Сама меня пихнула! — огрызнулась та и замахнулась на свою копию.

— Где вы взяли яйцо? — перебила назревающий скандал и обвела взглядом шкодливую троицу.

Для острастки уперла руки в бока, затем прищурилась. Подчиняясь моей магии, зашуршала трава, из-за чего девочки опасливо покосились на деревья. Эйла вовсе побледнела, вспомнив произошедшее в главном зале, — но крепче вцепилась в яйцо.