МОЯ. Я тебя присвою (СИ)

 — Дался тебе этот ребенок!

— Дался! Я хоть что-то хочу решить сама. Са-ма!

Очередной разговор заканчивается ссорой, папа выскакивает на улицу, в одной рубашке и тонких брюках.

Злой, сердитый, раскрасневшийся.

— Коль, оденься. Заболеешь! Коля… Ой, дурак… — причитает бабушка и смотрит внимательно. — А ты ничего не хочешь рассказать, Наташа?

— Да, ты и сама услышала, да? Я беременна. Папа хотел тайком устроить мне аборт. Поэтому я ушла.

— Так… А папа где?

— Папа… — морщусь. — Нигде. Мы поругались. И он с папой давно враждует.

— Ох… — всплескивает руками. — Господи Иисусе! Дед не зря сказал, что сын решил вернуться. Проблем, говорит, куча. Иначе бы в родные места не вернулся…

Кажется, бабушка собирается добавить что-то ещё, но нас прерывают отдаленные звуки мужской ругани.

Кто-то бранится.

На улице…. У самого дома.

Один голос — точно принадлежит отцу, а второй…

Не может быть!

Я прилипаю к окну: которое выходит во двор.

— О, царь горы явился! — тьфу, нахваталась от бабушки….

Глава 38

Таша

Бабушка занимает место рядом со мной, ахает, охает.…

— Колька. Дурак. Ай, дурак! Годы уже не те… Сейчас отхватит по лысине своей! Дееееед. — начинает звать.

— Бабушка, ну ты чего! Дедушку-то пожалей! Пусть сами разбираются.

— Как это, путь сами? А отца не жалко?!

— Он… заслужил.

— Ты чего такое говоришь? Повздорили, с кем не бывает.

— Он хотел сделать аборт мне! Тайно! Ясно?! Хотел врача подкупить, чтобы мне таблетку подсунули. Вот за что он заслужил! — выдаю с отчаянием.

Если папа получит по лицу пару раз…

И, конечно, он получает! Один раз, второй.

— Ой, что делается… Ой.… Ой, стоять просто так нельзя! Поубивают! — взвизгивает, заметив, как папа бросается на Зорина слепым тараном, словно он — бык!

— Надо звонить в полицию, пусть угомонят этих петухов! А этот… Второй, кто он? Да чего ты смеешься?!"

"Я, действительно, улыбнулась, ведь Зорин не ожидал, что папа так на него бросится, теперь оба мужчины катаются по земле, пытаясь друг друга ударить!

— Это тот самый… отец моего малыша.

— Не знаю, что тут смешного! — одергивает меня бабушка. — Но здесь самое то — звонить в полицию! Не то оставишь своего ребенка и без отца, и без дедушки.

— Да какая полиция, ба?

Набросив пуховик, выбегаю из дома. Плана нет…

Вылетев за ворота, голыми руками катаю снежок.

— Назар!

Он оборачивается.

Снежок разбивается о его лицо. Через миг туда же впечатывается кулак папы.