МОЯ. Я тебя присвою (СИ)

Надо бы абстрагироваться и не думать о них, не переживать, но как…

— Говорят, — снова замечает бабушка, шпионя из-за шторки. — Курят, — добавляет немного позднее.

— Бабушка, спасибо. Пусть разбираются. Не надо мне о них каждую секунду говорить. Голова у меня разболелась.

— Все от нервов. Приляг, отдохни, тебе теперь нервничать нельзя! А этих мы на порог не пустим, пока между собой не помирятся и не разберутся, что к чему…. Вот так.

— Спасибо.

Бабушка не спешит уходить, опускается в кресло.

— Красивый мужчина. Про таких говорят, знойный.

— Думаешь?

— Конечно. От осинки не родятся апельсинки. Ты — красавица, отец малыша тоже не подкачал. Ребеночек будет под стать родителям.

— Надо же.… Я думала, вы с дедушкой будете охать, что мужчина взрослее меня.

— Нагулявшийся, это хорошо, — кивает одобрительно. — В самый раз! Иной раз выйдешь за молодого, нахлебаешься…. Серьезный мужчина, намерения у него….

Тихонько смеюсь в кулак: бабушке лишь бы меня сосватать поскорее.

— Все непросто, бабушка. Много всего против нас. И я не уверена, что он тоже меня любит. Лучше без него как-нибудь…

— Любит. Когда ты убежала, с таким отчаянием тебе вслед посмотрел. Но гордый, сразу видно, язык с трудом поворачивается, с Колькой сквозь зубы разговаривает. Лиха беда начало… Пусть погрызутся, свои противоречия уладят, а ты не переживай. Никуда не денется этот красавчик. Ох… — вздыхает. — Надо на выходные тогда Ольгу предупредить, чтобы сына не приводила.

— Бабушка!

— Ну, что? Мы тебе жениха искали, а у тебя жених уже есть, оказывается!

* * *Зорин

— Даже не думай, мою дочь ты не получишь! — снова и снова упрямо повторяет Данилов.

— Как бы не тебе это решать.

— И не тебе.

— И не мне. Таша сама решит, нужен я ей или нет!

— Не нужен! — упрямится. — И ребенка этого она не хочет, но из упрямства оставить решила. Я поспешил, если бы с другой стороны подошел, то.…

— То замолчи! Немедленно! Или снова наваляю тебе, на больничной койке ещё раз окажешься!

Друг друга мы ненавидим.

Я — за прошлое, он — за настоящее.

Если быть честным, я отдаю себе отчет в том, что виноват во многом сам, что вгрызся в идею мести, как в опору, и не пересматривал факты свежим взглядом… А надо было. Месть была топливом, давала силы.

После просмотра записей пришлось вернуть Ташу отцу.

Как я себя проклинал, ведь никто меня за язык не тянул в тот момент. Пришлось самому себе наступать на глотку, запрещая видеться с Ташей.