Мои порочные преподы

Кусаю губы, всё понимаю. Его перед фактом поставили, и пристроить к нам этих ""преподов"", и проект…

А дальше что прокурор с главой автоинспекции придумают?

С другой стороны – учебный год заканчивается, а в сентябре эти двое, может, и не явятся, наиграются их отцы, выбьют наследникам место в большом бизнесе.

– И ещё, Ева, – вслед мне даёт указания ректор. – К первомайским праздникам нужно будет испечь пироги. Совместим, так сказать. И мероприятие, и что в нашем дружном коллективе пополнение.

– Ясно, – удерживаю себя, чтобы не отсалютовать.

Шагаю по коридору и прикидываю.

Помогать с проектом я нашему пополнению точно не буду, видеться я с ними не могу.

Но месяц как-нибудь здесь продержусь. А потом сессия, каникулы.

И мы больше не встретимся.

– Ой, что я тебе сейчас скажу! – в конце коридора в воздух взметается тонкая ручка, привлекая внимание.

Щурюсь на подругу и улыбаюсь, без очков не очень хорошо вижу, но вот голос – так высоко визжат только пила и Оля.

– Ты почему не на парах? – включаю строгость, подхожу ближе.

– Весна, Ева, ночи теплые, – она берет меня под руку. – Тебе тоже полезно иногда отвлечься.

Вспоминаю, чем закончился тот единственный раз, когда я решила отдохнуть и ежусь – участники тайной вечери сегодня разгуливали по моему универу.

– Иду сейчас такая на учебу, – Оля вышагивает, как цапля, выбрасывает ногу от бедра, и короткая юбка ещё сильнее задирается.

– Угу, – сворачиваю к кабинету, но подруга дёргает меня на себя.

– Эй, ты куда, – она выхватывает у меня журнал. – Пойдем со мной до общаги, я переоденусь. И расскажу как раз.

– Оля, – пытаюсь выловить журнал, она со смехом отступает.

Цокаю.

Взрослые ведь уже.

А чувствую себя, как в школе, когда у меня забирали очки, всем классом их меряли и ржали."

"– Пошли, – она, не дожидаясь, виляет бедрами к лестнице.

Коза.

Знает же, что мне без журнала никуда.

Спускаемся вниз, выходим на улицу, сворачиваем на тропинку к общежитию, у Оли не закрывается рот.

Две крутые тачки на парковке, два новых мужика в универе, ей делать нечего, и она проследила, мужики пошли вон туда.

Пальцем она показывает на старую эстраду. И тут же дёргает меня за руку.

– Вон, чей-то пиджак валяется, на трибуне!

Мысленно чертыхаюсь, очки бы не помешали.