Мой папа - супергерой

Пульсирующая боль сконцентрировалась в висках. Контроль… уверенность и контроль. Георгий сможет её защитить. Да и с чего она вообще решила, что до сих пор нужна Букрееву? За пять лет он вполне мог переключиться на новую жертву. Наверное…

— Все нормально, Жор.

— Ну, зачем ты меня обманываешь? Каждый раз из себя героя строишь. Кому это нужно?

— А что я должна сделать? Упасть на пол и биться в истерике?

— Это лучше, чем замыкаться и держать все в себе.

— Не думаю, — выдохнула Оксана, с трудом возвращая себе контроль, — ты бы первый сбежал, устрой я истерику.

— Сбежал бы?

Бедин сместился. Убрал руки, стал у стены и как-то странно на неё посмотрел.

— Согласись, что любовница-истеричка — совсем не то, о чем мечтает каждый мужчина, — попыталась сгладить ситуацию Оксана. Она совсем не понимала настроения мужчины, хотя уже вроде бы неплохо научилась его читать.

— Я, Оксан, от тебя не сбежал бы, что бы ты ни сделала.

Жора хотел еще что-то сказать, но она, вконец испугавшись, не позволила. Развернулась к нему всем телом, чмокнула в щечку и смешливо проговорила:

— Вот и хорошо! Тебе свиной стейк пожарить или говяжий?

— Свиной…

Оксана бодро улыбнулась и склонилась над посудным шкафчиком, хоть на время скрываясь от его тяжелого давящего взгляда.

— Думаю, Букреев может быть причастен к тому, что происходит в твоей гимназии.

— Серьезно?

— Вполне. Доказательств у меня пока нет, но в совпадения такого рода я как-то не склонен верить. А потому… не лезь в это все. Понятно? Твое заявление принято, а значит, он не сможет тебя подставить.

— Так ты для этого пришел? Предупредить меня?

— Я пришел потому, что соскучился! Это ведь не запрещено?

Ну, и почему он сердится? Ведь сердится! Она видит. И это его «соскучился»… впервые за пять лет. Определенно странно.

— Нет. Не запрещено. Ты ведь знаешь… Просто раньше ты никогда…

— Ну, и черт с ним, с тем, что раньше было…

Бедин снова ее обнял. Зарылся лицом в волосы, прошелся по спине твердыми пальцами, сжал попку.

— Жор, что-то не так? — спросила Оксана.

— Все так. Скажи, ты со мной счастлива?

— Ты же знаешь, что да…

Не соврала. С ним она была счастлива. Пусть это счастье напоминало скорее тихий неспешный ручей, чем полноводную горную реку, но… С неё хватило экстрима.

— Это хорошо. Хорошо…

В тот вечер он не стал заниматься с ней сексом. И остался на ночь. Еще одна странность, которая насторожила Оксану донельзя. И ведь ничего не объяснил толком.