Мой неласковый Монстр

Что он еще придумал, какой-то новый квест на прочность моих нервов?

— Что?

— Вы меня проверяете?

— Нет. Ешь, девочка. Можно.

«Можно». Собаке тоже так говорят, ненавижу, но не показываю этого. С ним надо быть хитрее. Хотя бы пытаться. Телефон. Здесь точно должен быть где-то телефон.

Осторожно двигаю к себе тарелку и начинаю есть с Арманом вместе. За одной барной стойкой. У него явно куча специй, а у меня совсем немного. Не хочу думать о том, что он помнил, как я плакала от перца в прошлый раз. К чему такая забота?

Пробую.

— Вы не пользуетесь приборами.

— Как видишь.

— Почему?

— Я так привык, — отвечает и берет бутылку вина, наливает себе половину бокала. Я же смотрю. Молча. Я тоже хочу попробовать.

— Я тоже хочу вина, можно?

— Можно.

Я не знаю, как у нас получается, но пользуюсь этим моментом. Когда мы не спорим и у Армана нет в руках кнута. Сейчас двенадцать ночи, и, кажется, Монстр просто устал.

Мне надо как-то напоить его, он уснет, и я сбегу. Точно!

— Хозяин, вы сказали, что продадите меня на аукционе. Кому?

— Шакир Аль-Фариху.

— Кто это?

— Это арабский шейх, и ты будешь его рабыней.

Я отпиваю вина, еще, еще глоток. Оно крепкое, приятно обжигает горло. Забыться бы, да не выходит. Арман тоже пьет, но не так, как я, сдуру большими глотками. Он смакует и никуда не спешит. Блин, я так его до утра не спою.

Стараюсь не давить на больную тему, все вокруг да около.

— Это ваш дом?

— Временный.

— Здесь не было зеркал, пока я не попросила. Почему?

— Я и так знаю, как выгляжу.

О да, он уверен в себе. Даже слишком. Комплекс бога налицо. Он и выглядит так же, никаких сомнений.

Ему нравится, когда я такая послушная, к ранке можно прикладывать, и я этим пользуюсь.

— Я хочу еще вина, хозяин. Можно?

— Можно.

Подливает мне. Себе тоже. Но меньше. Хитрый лис. Он все, конечно, понял, и вот вроде бы расслабленный, но Монстр начеку.

— Зачем Шакиру это? У него нет жены?

— У него несколько жен и десятки рабынь. Ты будешь одной из них.

— Это он меня заказал вам? Вы это делаете потому, что он вам платит?

— Нет. У меня свои цели.

— Какие? Власть?

— Нет.

— А что тогда? Людей интересуют деньги и власть.