Мой лучший враг

Говорят, такое не позволяют после начала семестра, но он же Рейм.

Шиана – та самая девчонка, что пилила меня взглядом.

И все приятные мысли вдруг разом исчезают.

Не потому, что меня волнует Рейм. Просто это все в один миг становится отвратительным. И слишком не похожим на совпадение.

Альнар отошел на минуту. И тут же ко мне липнет тип с оскорблениями! Приятель моего «избранника»!

Все внутри переворачивается – от мерзкого чувства, от подозрений, от тошноты.

– Но мне интересно, – продолжает гад. – Так ли ты хороша, огненная штучка? У меня деловое предложение: Иден бросит тебя, а ты покажешь мне, что делала для него в постели.

И его рука ложится мне на бедро.

Наверное, это бесов план. Я уже двигаюсь, но перед глазами как вспышки проносятся картины: я попытаюсь сдержаться. Сделаю вид, что поражена этой гадостью, но не знаю, что предпринять. Придет Альнар, все увидит, кинется на идиота.

Я почти примеряю это на себя.

Почти – потому что даже мысль о подобной дряни вызывает дрожь.

В лаву. Рейма. Факультет. В лаву всех здесь!

Я цепляю руку придурка.

Он кричит почти сразу. Дергается назад. Успеваю заметить красный след на грабле-кисти. Не раньше, чем ему в лицо летит бокал: стекло и вино, все вместе. И я хватаю его за ремень на брюках – прежде, чем он успевает вскочить.

Огонь сбегает по полосе кожи и впивается в ткань. Придурок налетает на стол, снося бутылку и бокалы. Когда он отскакивает далеко назад, его штаны тлеют.

– Совсем сдурела?! – Он бьет руками по брюкам, пытается отодрать от тела горячую пряжку. – Шавка! Что ты себе позволяешь?!

Вокруг становится тихо. Ненадолго. Я сама выскакиваю из-за стола, руки пылают – и я еле сдерживаюсь, чтобы не швырнуть в мерзавца огнем.

Я не могу его убить. Меня отчислят.

Хватаю катящуюся к краю стола бутылку, кидаю – но она бьется о чей-то выставленный щит. Явно не Эрчи, потому что тот лишь пьяно вращает глазами. Рычит и бросается вперед, но тоже нарывается на преграду.

– Хватит! – орут со стороны.

Магия сверкает в воздухе – кто-то поливает придурка водой, кто-то готов пеленать нас обоих. Кричит официант. Кричат студенты – хотя многие в шоке, и смех тоже слышен.

Я понимаю, что не могу продолжать: меня просто сейчас скрутят.

– Каждый раз, – выплевываю, – предлагая мне свой стручок, думай, что с ним может стать.

И бросаюсь прочь.

За спиной шумят. Я спешу, опасаясь удара сзади.