Мой чужой муж

Вы кем ей будете? Мне нужно разрешение родственника.

– Я муж ее. Разрешение даю.

Выдаю на автомате. Даже не задумываюсь в тот момент, что может быть иначе.

Дарину увозят на каталке в операционную, и я не понимаю лишь одного – ей было проще загибаться от боли, но не сказать мне? Этой упрямице было легче умереть, чем обратиться ко мне за помощью?! Мало ремня ей видно вчера врезал. Ничуть не исправима.

Дежурю под операционной несколько часов. Не помню, какую чашку кофе выпиваю, но от его горечи становится лишь хуже.

В сердце колет что-то. Ожидание невыносимо. Пару раз выхожу покурить, немного отрезвляет. Понимание того, что Дарине могло быть хреново еще вчера, когда я ее…Черт. Зачем она вывела меня. Зачем сама призналась! Чтобы позлить, чтоб раззадорить зверя.

Операция уже сто раз как должна была закончится, но никто не выходит из операционной. Сжимаю руки в замок. Беда там случается, где не ждешь ее совсем. На улице начинает темнеть. Что ж такое, где все врачи?!

Проходит еще пару часов, пока наконец, не вижу, как дверь открывается.

– Как она? Чего так долго?

– В реанимацию перевели. Осложнения случились. Наблюдать будем.

– Какие осложнения? Это же простая операция…

Почему-то сердце быстрее начинает биться. Кажется, мне впервые страшно. За нее. Едва ли сдерживаю себя, чтобы не наброситься на врача. Хочется придушить его.

– Девушка, видно, терпела до последнего. Воспаление пошло, кровотечение открылось.

Сжимаю кулаки. Черт. Это все ее упрямство.

– Скажите что нужно, я все куплю.

Вскоре получаю огромный список лекарств и покупаю все до единого флакона. Звонок в кармане заставляет быстро взять трубку. Няня Поли.

– Говори. Что-то с девочкой?

– Господин Батуров, этот ребенок совсем не слушается, притом никого. Уже больше часа не можем накормить ее.

– Понял. Я приеду скоро. Не трогайте ее. Пусть играет просто.

Сжимаю телефон в руке и выхожу из больницы. Приходится перенести два контракта на вечер. Все равно не смогу работать, не об этом думаю.

Когда приезжаю домой, не застаю нигде девочку. Лишь няньку, держащуюся за голову.

– Где ребенок?

– В спальне сидит. Не пускает никого. Как только пытаемся войти, орет не своим голосом. Не пойму что ней такое.