Мой чужой король

Я же развернулась и пошла прочь из подвала, даже не отметив, когда ко мне снова присоединился Даг.

Мы прошли темный двор и по боковой лестнице поднялись в военный зал.

— Рассказала? — повернулся на мои шаги хозяин крепости. Кроме ярла Торрада там сидели лишь трое знакомых воинов, потому я зашла не скрываясь — и говорить могла без опаски.

— Нет. Не из клетки о таком рассказывают.

— Отказалась, значит? — насупился ярл, — Ничего, под пытками выдаст.

Мужчины.

Кровь пустить и голову отрезать — вот и весь разговор.

— Под пытками она может во вред что придумать, — покачала головой, — Здесь добровольное согласие нужно. Отпусти её, ярл, ничего плохого она твоим людям не сделала и не сделает — дорога её дальше идет.

— Погубить хотела!

А я все размышляла, что мне про колдунью и её травы рассказали. И что говорила она сама. И наклонилась к Торраду, чтобы только он и слышал:"

"— Полынь и печеночник, да еще с парой лепестков… Её кто-то попросил прийти, у кого и монеты были немалые, и возможности, но кто не хотел, чтобы дитя родилось.

— Да что она наговорила… — взвился мужчина.

— Не она. Сама додумалась.

Отпрянул. Кубок с хмелем опрокинул, но не заметил даже — задумался и побледнел чуть. У ярла четыре дочери были, взрослые уже, невесты… Да и мало ли сколько богатых девок в крепости невоздержанных. Никого мне зря порочить не хотелось, но и колдунью просто так пытать и в клетку прятать — на другую сторону переходить.

— Если ошибетесь и безвинную накажете — своим здоровьем рискнете, а может чего и хуже, — надавила я снова, припоминая его же россказни.

— Защищаете её будто… — Торрад начал сердито и тут же себя оборвал. Да только я закончила фразу.

— Будто я тоже чернокнижница? А разве не в этом и есть моя сила?

— Я подумаю, — потрепал он бороду, а я кивнула Дагу и ушла в предоставленную мне комнату, и не сомневаясь, какое решение примет хозяин дома. Глупцом он не был, иначе не стал бы во главе самой зажиточной после нашей крепости и не был бы так уважаем отцом.

Так что колдунью я выручила.

Та благодарить не стала — не в характере этого племени благодарить. Кивнула мне и прочь за ворота пошла. Приставленные воины за ней дернулись, но я только покачала головой — сначала ей нужно было очиститься от всего, что налипло за время заточения, а для этого — река и отсутствие чужого сглаза.

— Уйдет? — Даг тоже забеспокоился.

— Вернется, — ответила уверенно.

Благодарными они не были, а вот равновесие всегда держали.